Россия нарастила долю реактивных дронов во время ударов по Украине: в чем их отличие от "обычных" и можно ли предотвратить угрозу

Российские оккупанты в ходе массированного налета на Киев 2 июля применили комбинированную номенклатуру дронов, в которой значительную часть составляли реактивные. Это было первое настолько многочисленное применение их противником, что вызвало немалую тревогу у украинцев относительно перехода оккупантов на новое средство террора. И после массированной атаки на столицу мы видим, что враг ежедневно продолжает запускать реактивные дроны – хотя и дозированно.

На сегодняшний день российские оккупационные войска применяют три основных серийных типа реактивных дронов, а именно:

• Герань-3 – она же иранский Shahed-238;
• Герань-4 – модернизированная версия Герань-3/Shahed-238, также имеющая модификацию "Seeker";
• Герань-5 – она же иранский ракетоподобный дрон Karrar.

Каждый из этих дронов, как мы видим, является локализацией производства в РФ иранских средств террора, а не исключительно российским изобретением. Отличие от иранских базовых версий – модернизация, порою достаточно глубокая, с учетом требований войны в Украине.

Для понимания того, какую угрозу несут эти дроны – детально разберем каждый из них.

Герань-3/Shahed-238

* Когда я говорю о применяемых Россией дронах-камикадзе, то практически всегда – по наименованию иранской, а не российской модели – как необходимость постоянной персонализации того, кто стоит за предоставлением РОВ в 2022 году технологий, позволяющих пятый год подряд терроризировать и убивать украинцев.

Итак, что из себя представляет Shahed-238?

Впервые он был представлен в ноябре 2023 года иранскими производителями, причем сразу в трех разных версиях:

– базовая версия с наведением по заданным координатам;

– версия с электронно-оптической головкой самонаведения;

– модификация с радиолокационной ГСН.

Уже тогда стало понятным, что Россия попытается заполучить этот дрон для своих террористических нужд – так и случилось. Уже в январе 2024 года было зафиксировано первое сбитие Shahed-238 и, казалось бы, таких дронов будет становиться все больше и больше, но – нет.

Россия два года пыталась наладить серийное производство Shahed-238 на предприятии в Алабуге (Татарстан), где собираются классические Shahed-136, но из-за различия ряда технологических процессов, дороговизны и энергозатратности сборочного процесса изделия долгое время выдавала ограниченные партии.

На уровень мелкосерийной сборки на Алабуге вышли только к концу 2025 года, а востребованность в нем за это время выросла в разы.

Дело в том, что Россия искала путь повысить эффективность прорыва украинской ПВО и особенно доставлявших много проблем мобильных огневых групп. В конце 2025 года Украина масштабировала производство дронов-перехватчиков, что еще больше осложнило выполнение террористических задач классическими Shahed-136. И таким образом, единственный путь решения проблемы, который видели в РОВ – это повышение скорости дрона-камикадзе. Переход на реактивные дроны ускорили.

Итак, Shahed-238 обладает скоростью 570 км/ч (в отличие от классического Shahed-136 – 180-200 км/ч). Эта скорость обеспечивалась китайским реактивным двигателем Telefly JT80 и действительно позволяла быстро пролетать позиционные районы, где размещались МОГ.

Но проблемами Shahed-238 стали: ограничение по массе боевой части, прожорливость двигателя, позволявшего пролетать на экономном режиме менее 850 км, а также повышенная тепловая сигнатура, делавшая дрон более заметным для средств ПВО.

Эти недостатки обусловили и тактику применения Shahed-238, а именно: они зачастую шли второй либо третьей волной, после того как более дешевые Shahed-136 и дроны-приманки типа "Гербера" и "Пародия" истощали ПВО, повышая вероятность прорыва для Shahed-238.

Тем не менее, масштабировать производство Shahed-238 до уровня как в случае с Shahed-136 России так и не удается, что обусловлено сложными техническими и технологическими процессами, а также острой зависимостью РФ от поставок из других стран, необходимых для сборки компонентов – в основном из Китая.

Доля Shahed-238 в общей производственной цепочке может составлять на сегодняшний день не выше 20% от общего ежесуточного производства всех дронов типа "Shahed", составляющего от 130 до 150 единиц готовой продукции.

Герань-4 /"Seeker"/Shahed-238

Герань-4/"Seeker" – это глубокая модернизация Shahed-238, которая коснулась всего: от силовой установки до планера и функционала применения.

Прежде всего, на дронах были заменены прожорливые Telefly JT80 на более экономные и мощные Telefly LX-WP-160, обладающие тягой 160 кг и TF-TJ2000A с тягой 200 кг. Это позволило повысить скорость дрона до более 500 км/ч, а дальность полета (в зависимости от режима) – до 1 000 км.

Модернизированный планер получил более жесткий композитный материал из черного углепластика с радиопоглощающим покрытием, сократилось количество технических люков для улучшения аэродинамики

Но самое главное и самое опасное – это размещение на модификации "Seeker" встроенной оптико-электронной системы наведения с элементами искусственного интеллекта, позволяющей дрону самостоятельно, в автоматическом режиме, захватывать и поражать цель – даже если он оказывается подавленным РЭБ.

Пожалуй, на сегодня это самая опасная особенность всех российских дронов, поскольку против такого средства террора действует только один метод – его уничтожение.

При всей заинтересованности РОВ в этом дроне-камикадзе, масштабирование его производства обусловлено теми же проблемами, что и у Shahed-238 и даже большими: ведь он технически и технологически куда сложнее в своем исполнении.

Герань-5/Karrar

Karrar можно назвать попыткой РОВ найти дешевый вариант эрзац-ракеты, которая заменила бы более дорогие крылатые, дозвуковые образцы типа Х-101, 3М14 "Калибр" или авиационные Х-59/69 и т.д. И, в некотором смысле, им это удалось.

Karrar оснащается китайским реактивным двигателем TF-TJ2000A с тягой 200 кг, что с учетом его ракетовидной аэродинамической схемы и массогабаритных параметров позволяет развивать скорость от 600 до 800 км/ч, обладать дальностью полета до 1 000 км, а также преодолевать определенные участки маршрута на сверхнизких высотах – для осложнения фиксации средствами ПВО.

Также к особенностям Karrar можно отнести его возможное размещение на боевой авиации (например на штурмовиках Су-25) и дублируемую навигацию в виде стандартной инерциальной системы, 12-канальной помехоустойчивой спутниковой антенны "Комета-М12", а также системы передачи данных на базе микрокомпьютера Raspberry с 3G/LTE-модемами и MESH-модемами Xingkai Tech.

Российские оккупационные войска заинтересованы как можно скорее наладить массовое производство этих дронов – эрзац-ракет, но сдерживающим фактором являются те же причины, что и для предыдущих средств террора. Резко масштабировать их производства российский воено-промышленный комплекс не способен и Karrar еще не скоро станет таким массовым средством поражения, как Shahed-136.

В свою очередь, самая высокая скорость из всех дронов-камикадзе делает это изделие пока практически неуловимым для дронов-перехватчиков и сбивать его приходится, используя ракетное вооружение ПЗРК/ЗРК либо авиационные комплексы.

Выводы

Россия в попытке увеличить эффективность своих налетов по тыловой Украине стала поступательно, но неотвратимо переходить на реактивные дроны-камикадзе, перехват которых классическими мобильными огневыми группами предельно усложняется из-за высокой скорости цели. Кроме того, не все типы дронов-перехватчиков могут применяться по реактивным БПЛА.

В то время, как Shahed-238 и его модернизированная версия Герань-4 еще могут быть перехвачены зенитным дроном (например, в момент сброса скорости для маневра или при других обстоятельствах) Karrar вынуждает применять средства, идентичные перехвату полноценной ракеты.

Вследствие этого реактивные дроны представляют собой куда большую опасность, чем классический Shahed-136, но при этом не являются некими абсолютно неуязвимыми средствами поражения.

Россия пока не масштабировала производство этих дронов настолько, чтобы их применение имело массовый характер, но стремится до конца 2026 года вывести их долю в производственном процессе на более чем 50%. В значительной степени реализация таких целей ограничена дороговизной каждой единицы готовой продукции, более длительным производственным процессом и куда большей зависимостью от поставок из Китая, нежели при производстве классического Shahed-136.

В свою очередь реализация Украиной проектов, связанных с созданием эффективного, дешевого и массового перехватчика для реактивных дронов может стать важной задачей на 2026 год, от выполнения которой будет зависеть эффективность работы ПВО в ближайшем будущем.

Материал опубликован в рамках совместного проекта OBOZ.UA и группы "Информационное сопротивление".