Сунгуровский: 300 тысяч солдат Путина переработает "мясокомбинат ВСУ", оккупант потерял все. Интервью

5 минут
55,5 т.
Сунгуровский: 300 тысяч солдат Путина переработает 'мясокомбинат ВСУ', оккупант потерял все. Интервью

Глава страны-агрессора России Владимир Путин не получит ожидаемого эффекта от частичной мобилизации. Государственной машине будет крайне сложно набрать заявленных 300 тысяч бойцов. Скорее всего, пополнение армии оккупанта будет происходить волнообразно, порциями. И все это "пушечное мясо" будет методично "перерабатываться" Вооруженными силами Украины. Чтобы это происходило наиболее эффективно, необходимо увеличить западную помощь.

Видео дня

В самой РФ на фоне объявленной мобилизации вспыхнули протесты, но их недостаток – в отсутствии лидера. В стране есть только одна сила, способная инициировать снос режима, – ФСБ. Такое мнение в эксклюзивном интервью OBOZREVATEL высказал директор военных программ Центра Разумкова Николай Сунгуровский.

– Глава Китая заявил, что его армии следует быть готовой к реальным военным действиям. О каком возможном вооруженном противостоянии может идти речь?

– Он имел в виду военные действия по защите Тайваня. США заявили, что не оставят Тайвань один на один с Китаем, будут использовать свою военную машину, чтобы защищать Тайвань.

– Можем ли мы допустить, что в какой-то удобный момент времени китайская армия может направиться в сторону России? В частности, потому, что Дальний Восток уже фактически остался без армии. Или такой вариант исключен?

– А зачем? Китай купит Дальний Восток. Зачем там использовать войска? Он уже половину купил. Я не вижу в этом никакого смысла. Но есть другой вопрос. Если в самой России начнутся какие-то заварушки, военные провокации негосударственного уровня на границе – да, тогда могут быть использованы войска. Но это не против России и не для захвата России.

Россию он захватит деньгами. Это не проблема.

Как я понимаю, Китай еще не пришел к единому мнению о том, что будет с Россией. Эта страна нужна ему как инструмент для противодействия США, чтобы противодействовать не своими руками, а руками России. Поэтому ему выгодно держать Россию в таком полуослабленном состоянии.

Но в то же время Китай внимательно наблюдает за тем, как в России идут процессы внутреннего разложения. И если эти процессы будут обретать какие-то реальные формы, то Китай, конечно, этим воспользуется. Но, думаю, без вооруженных сил.

Он просто заведет туда своих бизнесменов, поставит их на нужные места, захватит все ключевые позиции. Если войска и будут использоваться там, то только как администрация.

– Если российская военная машина сильно ослабнет, может ли Китай предоставить РФ военную помощь?

– Нет, не думаю, что это возможно. Потому что в таком случае Китай также попадет под санкции, а это – потеря важных логистических маршрутов и огромные потери в деньгах из-за разрыва торговых связей с Западом, с США.

Поэтому Китай до сих пор оказывает России поддержку на словах. Может быть, по каким-то тайным каналам предоставляет техническую помощь. Но войсками? Я такого не представляю. Китайские войска вообще никогда не воевали за своими границами. Единственный раз – в Корее.

– Еще одна тема – мобилизация, объявленная Путиным. Во-первых, сможет ли он набрать 300 тысяч? Во-вторых, если наберет, насколько это усугубит ситуацию на фронте для нас?

– Я не думаю, что он наберет все 300 тысяч, хотя, в принципе, такие возможности у них есть. Дело в том, что пропускная способность призывной системы составляет 130 тысяч в год. Планы им повысили в 2,5 раза. Что они будут с этим делать, я не особо представляю.

Шойгу назвал цифру: мобилизационный резерв – 25 миллионов человек. Как я понимаю, это мужское население России в возрасте от 18 до 60 лет. На самом деле в РФ мобилизационный резерв – порядка 8 миллионов. И то с учетом тех, кто получает отсрочки по медицинским показаниям и т. д. Поэтому получается еще меньше.

Они могут набрать 300 тысяч, но это будет не одноразово, а волнами. Например, набрали 30 тысяч, кое-как одели… Экономика не справится – все эти 300 тысяч одеть, обуть, обучить, отправить в Украину. Это огромная нагрузка и на систему обеспечения, и на транспортную систему, потому что их надо переправлять. Где-то какие-то грузы будут задерживаться.

А вооружить, наверное, смогут. Там автоматов такое количество, что на три войны хватит.

Теперь о том, как это отразится на фронте. Представьте, что у вас есть мясоперерабатывающий завод. На вход поступает определенное количество сырья, в нашем случае – пушечного мяса. Сможет ли завод это переработать? Зависит от перерабатывающих мощностей. А это – та военно-техническая помощь, которую мы получаем от Запада. Если она будет пропорционально увеличена, то в принципе на ход боевых действий это никак не повлияет.

Мясоперерабатывающий завод под названием "Вооруженные силы Украины" как работал, так и будет работать, но в двойном темпе. Вот и вся разница. Потому что на самом деле это пушечное мясо. Их ведь не успеют обучить. Люди просто идут на убой.

Те заключенные, которых в тюрьмах набирал Пригожин, – ну, поменяли им срок 15 лет на смертный приговор. Думаю, попав сюда и услышав свист пуль у виска, они отреагируют сразу. Это ведь зэки, у них инстинкт самосохранения развит лучше, чем у обычных людей. Они все с оружием в руках в конце концов окажутся в России. Над этим в России стоит задуматься. Особенно в приграничных районах – это будет кошмар.

– Замминистра обороны Анна Маляр обратила внимание на то, что Путин объявил о мобилизации на день позже, и предположила, что так агрессор пытался снивелировать освобождение наших защитников. Как думаете, почему обращение перенесли?

– Трудно сказать. Возможно, из-за этого. Но почему он вышел с таким предложением именно сейчас? Потому что он, грубо говоря, потерял уже все. На фронте у него ничего не получается, он терпит поражение. На внешнеполитическом фронте – мы помним, что он получил на заседании Шанхайской организации. Там никто его серьезно не поддержал.

Более того, Турция начинает подставлять подножки. Это мероприятие прошло почти незаметно, но 1 сентября в Стамбуле состоялся саммит министров обороны. Северный Кипр, Азербайджан, Кыргызстан, Узбекистан. В принципе, это основа ОДКБ. По-видимому, Турция увидела, что Россия сыплется, и начала подгребать под себя уже и Среднюю Азию.

Кроме ядерного оружия, у Путина больше ничего не осталось. Именно поэтому он и вышел с этим указом. На несколько часов позже – я не думаю, что это связано с обменом пленными, потому что это достаточно длительная процедура, которая готовилась не один месяц.

Тут может быть либо совпадение каких-то факторов, либо просто здоровье.

– Вы сказали, что Турция предполагает начало рассыпания России. Смотрите, как только Путин объявил о мобилизации, в РФ начались протесты. Может ли этот процесс стать массовым, снести эту власть и Путина вместе с ней?

– Хотелось бы надеяться. Но проблема в том, что у всех этих протестов нет организующего начала. Кто поведет, кто направит, за кем идти? Запакуют по тюрьмам – и все. Должно быть какое-то целенаправленное движение.

Оппозиции в России нет, только карманная. Средний класс ходит в погонах. За кем идти? Да, у радикалов есть какие-то маргинальные партийки, они могут повести. Но доведут до забора и убегут, а этих людей пересажают.

Нужна серьезная организующая сила. Я знаю только одну такую в России – это, как ни странно, ФСБ. Кланы, которые там сидят, крышуют российскую экономику. Конечно, они недовольны санкциями. Это первые люди, которые недовольны этим режимом. И у них такие возможности наверняка есть. У них есть агентура в регионах, во всех организациях. От них такого можно ожидать.

Как это будет организовано, в деталях я рассказать не могу.

– Вы допускаете, что ФСБ может оказаться в авангарде таких центробежных процессов в РФ?

– Да. Я не думаю, что это будет делаться непосредственно их руками, но оттуда могут идти такие импульсы. Среди их агентуры наверняка есть люди, которые годятся на роль региональных лидеров. Им могут сказать: давай-ка, товарищ, тебе карты в руки, а потом с тебя такая-то сумма. На кого-то есть компромат, кого-то можно заманить деньгами. Я бы на их месте постарался.