Блог | "Знаменитель постоянно уменьшается", или Почему каждый последующий удар по Украине становится все ощутимее

Если взять обычную игру "Морской бой", то вероятность попадания сильно меняется в зависимости от количества сделанных "выстрелов".

У нас есть поле 10 на 10, то есть сто клеток, из которых 20 заняты кораблями. Если стрелять наугад, вероятность попасть первым выстрелом составляет 20%. Но вероятность хотя бы одного попадания за первые пять выстрелов уже около 68%, за десять превышает 90%, а за двадцать приближается к 100%.

Весной я уже писал о надежности системы на примере украинской энергетики. Тогда речь шла о том, что устойчивость энергосистемы определяется не только количеством генерации, подстанций или трансформаторов. Она определяется еще и резервом, дублированием, возможностью перебрасывать мощность и заменять один элемент другим.

За это время мы увидели, к чему приводит постепенное разрушение этого резерва. Энергосистема сегодня значительно меньше, чем была в начале большой войны. Соответственно, потеря ещё одной подстанции или трансформатора сегодня оказывает большее влияние на систему, чем такая же потеря тогда. Появились новые вызовы и в других областях.

Возьмем склады. До большой войны в Украине было около 4,2 млн квадратных метров профессиональных складов классов А и Б. За время войны строились новые склады, но одновременно старые уничтожались. К началу 2026 года было утрачено примерно 1,2 млн квадратных метров. С учетом новых площадей система вошла в 2026 год ориентировочно с 3,8 млн квадратных метров.

За неполные девять месяцев 2026 года было уничтожено ещё около 900 тысяч квадратных метров, это уже примерно 24% от того складского фонда, с которым страна вступала в этот год. Сейчас остается примерно 2,9 млн квадратных метров. И если уничтожить ещё те же 900 тысяч, это будет уже не 24%, а более 30% от того, что осталось.

То же самое с железной дорогой. Перед началом войны в эксплуатации "Укрзализныци" находилось около 1,5 тысячи локомотивов. Только за 2025 год и первый квартал 2026 года было повреждено 209 локомотивов. Общие потери за время большой войны уже исчисляются сотнями.

Здесь есть еще один фактор, который вообще не отражен в статистике подвижного состава. Локомотив сам по себе не ездит. Нужны машинисты, помощники машинистов, ремонтники, диспетчеры. Локомотив можно отремонтировать или приобрести. Погибшего машиниста за месяц не подготовишь.

Теперь совершенно простой пример с заправками Киева. Если взять примерно 270 АЗС и 16 поврежденных за две недели, это около 6%. Если эти станции вышли из строя, остается примерно 254. Следующие 16 – это уже 6,3% от остатка. Ещё следующие будут составлять уже большую долю, и так с каждой неделей.

Это и есть устойчивость или жизнеспособность любой системы. В связи с тем, что знаменатель постоянно уменьшается, каждая следующая потеря становится все более ощутимой для всей системы. Одно и то же количество уничтоженных складов, локомотивов, заправок, трансформаторов или подстанций сегодня оказывает большее влияние, чем в начале войны, когда система была значительно больше и имела гораздо больший резерв.