В проведении ИПсО против Украины задействованы ГРУ, ФСБ и пригожинские тролли – как они действуют. Интервью с полковником ВСУ

12 минут
25,3 т.
информационная война

Россия использует все возможные способы, чтобы победить Украину, однако это плохо получается. На протяжении девяти месяцев с начала полномасштабного вторжения армия РФ несет огромные потери, а украинские воины день за днем освобождают оккупированную территорию. Тем не менее есть еще один важный фронт, на котором идут совсем другие сражения.

Видео дня

О том, как действуют вражеские подразделения информационной борьбы, кем управляются и какие их главные цели – в интервью OBOZREVATEL рассказал полковник ВСУ Тарас Дзюба.

  • За его плечами более 30 лет службы в Вооруженных силах Украины. Тарас Дзюба работал в составе первой не только у нас, но и в постсоветских странах кафедры информационной борьбы Национальной академии обороны.
  • С началом российской вооруженной агрессии против Украины в 2014 году создавал и возглавлял различные подразделения, которые противодействовали российской информационной войне и обеспечивали информбезопасность.
Тарас Дзюба

То, что война идет и в информационном пространстве, для нас давно не новость, однако после начала полномасштабного вторжения России она стала, на мой взгляд, более жесткой. Лично вы видите отличия в происходящем, например, в 2014-2015 гг. и в 2022-м? Речь идет именно об информационной войне.

– Да. Конечно, разница есть. Как минимум в направленности и содержании информационных операций Российской Федерации. Инструментарий практически не изменился, а вот амбиции руководства значительно выросли – вплоть до лидерства в Евразии, статуса нового "антиколонизатора" и проводника для стран глобального Юга.

Соответственно, изменилось и содержание информационной войны. Если в 2014-2015 годах коллективный Запад обвинялся в инициировании и поддержке "антигосударственного" переворота в Украине и приведении к власти антироссийски настроенных радикалов, то сегодня Запад рисуется российской пропагандой как олицетворение зла, а Украина – воинственная враждебная ударная сила (улыбается).

Важно, что тогда были попытки повлиять на общественное мнение внутри Украины. Сегодня же нас всех рассматривают как объект демонстрации для мира неотвратимости российского наказания – тех, кто посмел пойти против воли Кремля.

Если обобщить ответ на ваш вопрос, можно сказать, что российские информационные кампании и операции приобрели глобальный масштаб, и то, что они реально совершают в Украине, в частности военные преступления, убийства гражданского населения, пытки и изнасилования, удары по критической инфраструктуре, используется как месседжи для всего мира в рамках глобальной информационной войны.

– Вражеские подразделения психологических операций (ПсО) стали профессиональнее действовать или нет? То и дело встречаю, когда мониторю российские каналы, что там некоторые как раз убеждены в том, что РФ проигрывает информационную войну. Вы с этим согласны?

– Не могу сказать, что вражеские подразделения информационно-психологического противоборства стали действовать более профессионально – все наоборот.

С 2014 года мы смогли создать определенную систему противодействия вражеским информационным операциям и систему коммуникаций, более интересную и эффективную, чем у врага. Конечно, все еще очень далеко от идеала, но у того, что уже удалось, есть будущее и перспектива.

Определенные частичные успехи врага в информационной войне объясняются скорее несравненно большими ресурсами, которые в это вкладывает РФ, наличием значительного количества информационных источников в разных странах мира и жесткой иерархической моделью деятельности всех коммуникационных структур и органов. Однако даже это не мешает эффективно проводить наши мероприятия и иметь успех.

– А кто напрямую занимается в РФ информационно-психологическими операциями? В какой структуре этот "мозг" и кто исполнители?

– Повторюсь, в России сформирована жесткая иерахическая модель деятельности всех коммуникационных структур и органов. Возглавляется она Администрацией президента РФ. Ниже – соответствующие коммуникационные подразделения разных органов российской власти. Инструменты – государственные медиахолдинги.

Это Всероссийская государственная телевизионная и радиовещательная компания (12 телевизионных каналов, 5 радиостанций, российский государственный телевизионный канал "Россия", сейлз-хаус "РТР-Медиа", региональные филиалы во всех регионах РФ); информационное агентство "Международное агентство новостей "Россия сегодня" ("РИА Новости", новостной портал "Россия сегодня" и радиостанции под торговой маркой Sputnik, осуществляющие телевизионное и радиовещание на 30 языках в разных странах мира); "Газпром-Медиа холдинг" (30 телевизионных каналов, 5 радиостанций, 4 собственные студии производства контента, печатные и интернет-СМИ), ведомственные телевизионные каналы и другие СМИ, российская технологическая компания VK (социальные сети "ВКонтакте", "Одноклассники", "Мой мир", электронная почта Mail.ru и портал Mail.ru, подразделения компьютерных игр и собственная поисковая система).

Кроме того, значительное количество информационных мер проводится на гранты российского государственного фонда "Русский мир", учредителем и главным распорядителем средств которого является непосредственно президент РФ.

Остальные подразделения, принимающие непосредственное участие в российской информационной войне, сформированы политическими партиями и отдельными коммерческими организациями (известный пример – "Агентство интернет-исследований", более известное как "ольгинские тролли", принадлежащее Евгению Пригожину, как и частная военная компания "Лига", или "вагнеровцы").

В вооруженных силах РФ в информационной войне задействованы центры зарубежной военной информации, подчиненные Генеральному штабу вооруженных сил РФ, центры и отряды информационно-психологического противоборства военных округов, армий и флотов вооруженных сил РФ.

За кибератаки отвечают центры технической разведки Главного управления Генерального штаба вооруженных сил РФ и "хакерские группировки", управляемые ФСБ, Генеральным штабом и Федеральной службой охраны РФ.

За контроль информационного пространства России и цензуру отвечает Федеральная служба по надзору в области связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор), которая выявляет нежелательную информацию и передает выявленные факты российским правоохранительным органам.

ИПсО Россия

– За несколько часов до массированных ракетных обстрелов территории Украины, а то и несколько дней подряд, в Telegram появляются пугающие людей "анонсы" об огромном количестве ракет. На какие болезненные точки нажимает враг, какая технология?

– Можно ответить на этот вопрос просто: цель подобных мер – вызвать панику и увеличить количество дезинформации в нашем информационном пространстве.

Если сложнее – постоянное присутствие такой информации создает представление о могуществе врага и тем самым пытается склонить наше общественное сознание к мнению о необходимости переговоров на условиях врага.

Способы воздействия – классические: устрашение дезинформацией и постоянное давление.

– В то же время российские подразделения ПсО "работают" по своим гражданам, формируя то или иное мнение. Если это касается обстрелов Украины, то какие аргументы используют россияне для оправдания военных преступлений своей армии?

– Это один из тех вопросов, который позволяет показать пробелы в российской информационной войне! (Улыбается.) Дело в том, что руководство РФ уже несколько раз меняло свою позицию по обоснованию обстрелов Украины для своего собственного населения.

Сначала обстрелы гражданских объектов и критической инфраструктуры просто отрицались. Позже появилось "обоснование", что эти обстрелы – ответ на удары Украины по Крымскому мосту, российским электростанциям и другим объектам. Последняя версия – это побуждение нас вернуться к Минские соглашениям в рамках каких-то новых переговоров.

На международное сообщество ни один из этих нарративов не действует, а факт того, что нарративы меняются, позволяет заключить, что и российское общество как минимум сомневается в объяснениях властей РФ.

– Не секрет, что так называемая частичная мобилизация в РФ заставила большое количество мужчин соответствующего возраста уехать из страны. Они не хотят стать пушечным мясом и погибнуть на территории Украины. Однако часть мобилизованных не пыталась скрыться, они все же "идейные". Как это вышло? Тоже работа подразделений ПсО?

– Что касается "идейности", то в этом есть большие сомнения. Скорее то, что врагу удалось отмобилизовать необходимое (как им кажется) количество личного состава, можно объяснить сложным социально-экономическим положением абсолютного большинства мобилизованных, страхом ответственности перед российским законодательством за уклонение от мобилизации и отсутствием альтернативных вариантов.

Демонизация Украины и коллективного Запада, пропаганда "победобеседия", массовое запугивание граждан РФ угрозой уничтожения России были вторичными факторами, хотя определенную роль сыграли и они. Если рассматривать инструменты, то – да, свой вклад внесли все коммуникационные подразделения, не только ПсО.

– Как вражеские подразделения пытаются дискредитировать нашу армию? Ведь уровень доверия к ВСУ у украинцев чрезвычайно высок.

– Дискредитация нашей армии производится не для нас! Основная целевая аудитория подобных мероприятий – международное сообщество, международные правозащитные организации и занимающиеся вопросами безопасности. Еще одной важной целевой аудиторией является собственное население страны-агрессора.

Цель "демонизации" – лишить Украину поддержки международного сообщества и заставить нас принять ультиматум врага (по меньшей мере сократить военную помощь Украине). Кроме того, в последнее время Россия пытается использовать такую дискредитацию для встречных исков против Украины в Международном уголовном суде. Цель очевидна – попытаться избежать ответственности за собственные реальные и массовые военные преступления.

Для собственного населения РФ цель подобных мер – сформировать образ врага, против которого россияне сами захотят воевать. Еще такие меры используются для запугивания личного состава российских оккупационных войск с целью отказа от сдачи в плен.

Способ дискредитации довольно несложный – найти или, чаще, создать фейковые факты нарушения нашими военнослужащими норм международного гуманитарного права, сделать соответствующие информационные материалы и постоянно демонстрировать и использовать на всех доступных информационных площадках.

Иногда такие мероприятия воплощаются в отчете какой-либо международной организации, иногда освещаются в одной статье какого-то уважаемого информационного издания. Но не больше.

Отключение электричества – сейчас одна из самых болезненных тем для украинцев, впервые столкнувшихся с такой ситуацией. И, пожалуй, одна из самых любимых россиянами. Как они "качают" эту тему и чего хотят добиться?

– Нанесение ударов по критической инфраструктуре и использование результатов этих ударов в следующих информационных операциях направлены на три категории объектов (целевых аудиторий):

– военное руководство и личный состав войск – с целью убеждения в резком ухудшении ситуации в результате этих ударов (по опыту предыдущих войн, эффективность практически нулевая);

– руководство государства – с целью убеждения в неизбежном массовом недовольстве населения, бунтах и саботаже. Ожидается, что руководство государства-противника должно согласиться с условиями агрессора (в нашем случае эффективность тоже нулевая);

– население, которое больше всего страдает вследствие таких ударов, – с целью инициирования недовольства, недоверия к государственной власти, побуждения к активным протестным акциям (в нашем случае должны гордиться нашим Народом, который всему миру продемонстрировал фантастическое мужество, стойкость и выносливость).

Также эти удары являются слабым утешением для населения РФ, которому больше нечего "продать" как успехи в войне против Украины.

отключение электричества Украина

– Часто СМИ используют посты в социальных сетях как источник информации, но далеко не все проверяют достоверность. Как враг легализует дезинформацию? Можете привести примеры?

– "Легализация" дезинформация возможна при ее массовом распространении самими объектами дезинформации. Если этого не происходит, то есть дезинформация распространяется только ее авторами (даже массово), легализации не произойдет.

Пример: распространение дезинформации о радиомаяках, по которым наводится высокоточное оружие врага, та же информация о неминуемых ракетных ударах по определенным объектам и т. п.

– Офицер ВСУ Анатолий Штефан опубликовал в своем Telegram скриншоты с разных каналов об их продаже "под проект". "А потом мы удивляемся, почему украинские каналы оказываются в руках рос. ИПсО", – написал "Штирлиц". А как россияне используют купленные каналы?

Анатолий Штефан Штирлиц

– Это сродни продаже бизнеса с наработанной клиентской базой. То есть каждый Telegram-канал имеет свою базу подписчиков. Соответственно, пока подписчики не отпишутся от него по причине изменения его направленности, можно прогнозировать определенное количество просмотров и распространения информационных материалов.

– Российские пропагандисты (например, Симоньян, Скабеева, Соловьев и другие) обычно действуют синхронно, четко по нарративам. Вот в среде российских "военкоров" я вижу и разногласия, но есть, конечно, пул тех, кто доносит "одну мысль". Кто платит, тот заказывает музыку или вопрос в анонимности? Наиболее жестко и без цензуры выражаются, конечно, в сети и анонимные каналы.

– Вопрос об отсутствии единства у российских военкоров достаточно дискуссионный. Мы, напротив, постоянно отмечаем у них использование подхода "кросспостинга", то есть распространение информации одного военкора другими. Определенные "различия" в их взглядах на ситуацию находятся в рамках дозволенного и часто используются для обоснования тех или иных решений российской власти. Например, для смены руководства российской вооруженной агрессией против Украины или применения новой "стратегии" действий.

В общем-то все российские пропагандисты четко выдерживают главные нарративы: Россия должна победить, Украина – это угроза, Запад – это зло и т. д.

российская пропаганда

– То и дело всплывает тема "включения" армии Беларуси в войну. На ее территории давно находятся силы ВС РФ, с ее территории взлетают бомбардировщики и т. д. А как Россия использует РБ в информационной войне?

– До сих пор Беларусь использовалась и используется как плацдарм для действий части российских оккупационных войск, учебная база для подготовки военных резервов, источник поставок вооружения и боеприпасов и, главное, как сдерживающий фактор для части наших войск, которые находятся в приграничных с Беларусью областях и готовы дать отпор вооруженной агрессии с территории Беларуси.

Соответственно, это и используется в информационной войне России. То есть демонстрация угрозы повторного вторжения с территории Беларуси.

Кроме этого, нелегитимный президент РБ Александр Лукашенко периодически выступает "рупором Кремля", произнося основные месседжи российской пропаганды. В последнее время он пытается нас запугивать и склонять к переговорам на условиях врага.

– Можно ли выделить сейчас важнейшую, главную цель российских ИПсО в отношении Украины?

– ИПсО, как и вся информационная политика, никогда не проводятся отдельно от общей государственной политики. То есть их главная цель такая же, как и цель врага по отношению к Украине.

Если Путин не отказывается от замысла захватить и контролировать всю территорию Украины, то и все российские ИПсО направлены на достижение этой главной цели (относительно Украины!!! На самом деле цель – не столько Украина, сколько желание стать геополитическим центром силы, "полюсом" многополярного мира).

Проводиться эти ИПсО на разные целевые аудитории, конечно, будут по-разному. И цель каждой отдельной операции также будет своя, однако вся российская информационная политика направлена на достижение общей цели руководства РФ.