Такого масштаба фальсификаций в РФ еще не было, протестный потенциал резко возрос. Интервью с Курносовой

На очередных выборах в России, которые состоялись 18-20 сентября, масштабы фальсификаций были беспрецедентными. Реальная поддержка провластной партии "Единая Россия" составила не более 15%, в то время как официальный результат превзошел рекорд 2021 года и составил почти 60%. Власти использовали традиционные методы – вбросы неиспользованных бюллетеней, голосование "мертвых душ", а также откровенное перекладывание бюллетеней в нужные стопочки.

Тем не менее, в Кремле прекрасно осведомлены, какой на самом деле является поддержка "Единой России", и это одна из причин, почему решение о масштабной волне мобилизации вряд ли будет принято – чтобы не спровоцировать локальные бунты. Протестный потенциал в России возрос до небес, но он пока не может быть реализован из-за отсутствия лидеров, а также карательной машины режима. В этих условиях наиболее реализуемый сценарий смены власти в России – сценарий переворота руками элит.

Такое мнение в эксклюзивном интервью OBOZ.UA высказала российская оппозиционерка, признанная "иноагентом" в России Ольга Курносова.

– Первый вопрос касается "выборов" в России и результата провластной партии. Я поинтересовалась, каким был итог выборов для "Единой России" в 2021 году. Тогда они якобы набрали почти 50%, в этот раз почти 58%, то есть существенно улучшили свой результат. Как вы оцениваете возможный процент фальсификаций?

– Самое сложное – это оценить возможный процент фальсификаций, потому что такого объема фальсификаций просто не было никогда. Мой хороший знакомый работал на выборах в России. Недавно вечером я с ним разговаривала. Он оценивает реальный результат КПРФ от 35% до 40%, а реальный результат "Единой России" – не больше 15%. Вот и считайте, какой объем фальсификаций.

Если мы посмотрим количество наблюдателей, которые сами партийные боссы отзывали с участков, то такого просто никогда не было. Везде, где были реальные наблюдатели, которые могли отстоять результаты, их просто тупо отозвали с участков. Например, деятель КПРФ Афонин просто отозвал половину наблюдателей в Москве из половины округов. Поэтому мы можем лишь предполагать объем фальсификаций.

Мы также понимаем, как проходили "выборы" на оккупированных территориях, сколько там подтасовано и сколько проголосовало "мертвых душ". Мы видели факты вбросов на отдельных участках, есть видео и так далее.

Поэтому, на мой взгляд, масштабы можно оценивать, в первую очередь, по явке, потому что основной способ фальсификации – это тупой вброс, когда явку подкручивают. Количество людей, которых на избирательных участках не было и за которых подбрасывали бюллетени, я бы оценила в 20%.

Плюс мы видим, как подсчитывали голоса, когда наблюдатели стояли очень далеко и просто не видели. Самый простой способ фальсификации – это когда голоса, отданные за другую партию, просто перекладывают в другую стопку. Поэтому мы понимаем, что голоса, очевидно, украли у КПРФ, а также у "Новых людей", реальная поддержка который порядка 15-20%.

Таким образом, мы можем легко арифметически посчитать: где-то 60% набирает КПРФ плюс "Новые люди", сколько-то набирает ЛДПР, а то, что остается – "Единая Россия". Это, так сказать, примерный расклад сил.

– Судя по вашей информации, получается, что коммунисты пользуются самой большой поддержкой россиян?

– Нет, не так. Просто коммунисты – это единственная партия, в которой есть низовые активисты, настроенные оппозиционно ко власти. Потому что "Новые люди", несмотря на всю агитацию, которая шла за них со стороны Максима Каца – это все-таки проект администрации президента. Поэтому единственная более-менее сохранившая низовую структуру оппозиционная организация, несмотря на то, что ее лидеры полностью подчинены власти – это КПРФ.

Собственно, это видно даже по многим антивоенным и оппозиционным россиянам, которые заявляют о том, что голосовали за КПРФ как за возможный противовес "Единой России". Поэтому я бы сказала, что это суто технологическое голосование.

– Обратите внимание, что среди всех партий, которые принимали участие в выборах в России, ни одна не ставила перед собой цели быстрое окончание так называемой "СВО". То есть все они, по факту, провоенные? В том числе коммунисты?

– Да, в том числе. Более того, прямо сегодня коммунисты лишний раз поспешили заявить о том, что они поддерживали войну с самого начала. Но мы же сейчас говорим про избирателей, а для избирателей это не так прямолинейно.

Поэтому некоторые из тех, кто придерживается антивоенных настроений, решили не идти на выборы, а некоторые – выбрали позицию сделать бюллетень недействительным. Поэтому на отдельных участках мы видим довольно большой процент испорченных бюллетеней. Кто-то технологически голосовал за "Новых людей" или за КПРФ, но это не делает их позицию провоенной.

Поэтому тут все не так однозначно. Большинство россиян с учетом того, что происходит, по-прежнему хотели бы прекращения войны как можно быстрее. Эта позиция остается.

Что касается антивоенных партий, то есть партия "Яблоко", которая, судя по всему, все-таки пройдет в Новгородское законодательное собрание. Мы также видим самые жестокие партии – "Родина", которая получила менее 1%, и "Справедливая Россия", которая с большой вероятностью не попадает в Госдуму, не дотянув до 5%. Если смотреть агитацию КПРФ, то в там темы войны практически не было. Поэтому наиболее провоенные пролетают, как фанера над Парижем. Кстати, даже в агитации "Единой России" темы войны также почти не было.

– Учитывая этот колоссальный уровень фальсификаций, допускаете ли вы теоретическую возможность, что это может привести к протестам, например, в Москве, в Питере?

– Проблема с протестами простая – нет лидеров этих самых протестов. Протестный потенциал есть, а каким образом его можно организовать, непонятно. Это с одной стороны. С другой стороны, мы понимаем уровень полицейского насилия, который может последовать.

Поэтому, если говорить о каких-то рациональных вещах, то есть каким образом все это может привести к падению существующего режима, то все-таки наиболее оптимальная история – если бы элита окончательно раскололась, а также и силовые структуры, в первую очередь, полиция. Потому что именно они, Росгвардия, участвуют в разгоне митингов. Если они займут нейтральную позицию, то есть, если бить на улицах перестанут и перестанут сажать, то протестный потенциал может реализоваться. Если же будут продолжать арестовывать такими стремительными темпами, как сейчас, то лидеры протестов не будут успевать появляться.

– В ночь на 20 сентября Украина устроила массированный обстрел Москвы. Как это сказалось на настроениях россиян? Какой была их реакция?

– Собственно, проблема с бензином в очередной раз усугубилась – не только в Москве, но и в Петербурге. Все это безусловно приводит к росту протестных настроений. Люди не идиоты, они прекрасно понимают, почему все это происходит.

Именно поэтому я и говорю об увеличении протестных настроений и о желании людей изменить действующую власть. Но надо понимать, что в текущих условиях не стоило рассчитывать на возможность переломного голосования. Собственно, после снятия "Яблока" это стало особенно понятно.

– Последний вопрос о том, что будет после выборов. Часто говорили о новой масштабной волне мобилизации. Считаете ли вы, что это возможно, что Путин действительно пойдет на этот шаг? И на какие шаги он еще может пойти сейчас, когда выборы уже позади?

– Путину на это идти не нужно, потому что указ о частичной мобилизации продолжает действовать. Но администрация президента прекрасно знает, какой объем фальсификаций был на самом деле, и прекрасно знает, какой на самом деле процент поддержки "Единой России".

Поэтому, на мой взгляд, сейчас вероятность мобилизации резко снизилась, потому что она может стать последней каплей, которая приведет к максимальному росту протестных настроений и, возможно, даже к каким-то локальным бунтам. Соответственно, сейчас вероятность мобилизации резко падает. Хотя, опять-таки, учитывая невменяемость Путина, возможно все.

– Какие еще шаги он может предпринять сейчас, когда у него развязаны руки?

– Ну, а чем они были связаны до этого? Они и раньше особо не были чем-то связаны. Есть два игрока, Трамп и Си, которые могут его хоть в чем-то ограничить. А внутри страны нет никого, кто мог бы его хоть в чем-то ограничить. Поэтому тут его ограничивает или не ограничивает только собственное безумие. Поэтому посмотрим.

Другое дело, что оппозиции нужно как следует оценить реальную обстановку и придумать, каким образом действовать в текущей ситуации, понимая, что протестный потенциал реально колоссальный. Вот это то, чем должна реально сегодня заниматься оппозиция, а не просто посыпать голову пеплом и читать про нарисованные проценты "Единой России".