Дефицит медицинских бронированных машин на фронте достиг 80% – медиа

Украинские подразделения испытывают острый дефицит бронированных машин для медицинской эвакуации, в то время как в 2026 году государство сделало значительную ставку на закупку наземных роботизированных комплексов. Военные подчеркивают: НРК необходимы на передовой, однако они не могут заменить бронированный транспорт на всех этапах эвакуации.

Об этом говорится в материале "Украинская правда. Оборонка", которая опросила военных, медиков и представителей оборонного сектора.

По данным издания, в 2026 году государство, хотя и с опозданием, заключило контракты на поставку десятков тысяч наземных роботизированных комплексов. В то же время в течение года практически не заключались новые контракты на поставку бронеавтомобилей.

Особенно критичной эта ситуация является для медицинской эвакуации. Военные объясняют, что НРК и бронированные автомобили не должны конкурировать между собой, а работать как части единой системы.

На наиболее опасном участке робот может забрать раненого и вывезти его с передовой, после чего раненого должна быстро забрать бронированная медицинская машина. Такой подход одновременно снижает риск для экипажа и позволяет значительно раньше начать оказывать полноценную медицинскую помощь.

Командиры Первого отдельного медицинского батальона, которые непосредственно эвакуируют раненых с помощью НРК, отмечают, что длительное ожидание эвакуации может существенно ухудшить состояние бойца.

"Из-за слишком затянувшейся эвакуации у раненых возникает много осложнений. Например, усугубление гипотермии, геморрагический шок из-за ослабления турникеты", – рассказали командиры батальона.

В отличие от большинства наземных роботов, бронированная медицинская машина позволяет начинать интенсивную терапию еще во время движения.

По словам военных медиков, бронемашины оснащены аппаратами ИВЛ, системами мониторинга состояния раненого, внешними дефибрилляторами и кардиопомпами. Были случаи, когда непосредственно в машине медикам приходилось начинать переливание крови и проводить сердечно-легочную реанимацию.

Броня также позволяет эвакуационной группе пойти на больший риск, если состояние раненого резко ухудшается.

"Если раненый не выходит на связь и теряет сознание в капсуле НРК, значит, бронемашина должна подъехать ему навстречу и как можно быстрее оказать помощь", – пояснили командиры Первого отдельного медицинского батальона.

В то же время опрошенные "УП" военные с разных участков фронта сообщают о значительном дефиците бронированной техники. Из-за ее нехватки подразделения вынуждены беречь имеющиеся машины и не всегда могут направлять их ближе к передовой.

Наиболее показательна оценка начальника медицинской службы 2-го корпуса НГУ "Хартия" Богдана Корильчука. По его словам, дефицит медицинских бронемашин для второго этапа эвакуации сейчас достигает 80%.

"Нам нужно достаточное количество медицинских бронемашин для второго этапа эвакуации, а их дефицит сейчас составляет 80%", – заявил Корильчук.

Военнослужащий и соучредитель "Центра поддержки аэроразведки" Игорь Луценко отметил, что современные НРК во многих случаях не соответствуют требованиям к эвакуации живых раненых из-за низкой скорости и уязвимости.

Руководитель службы роботизированных систем батальона "Волки Да Винчи" 59-й бригады ВСУ Александр Ябчанка также обращает внимание на то, что даже быстрые НРК не являются универсальным решением. На реальном поле боя их скорость ограничивают состояние дорог, рельеф и качество связи.

По информации "УП", с начала года с одной из стран-партнеров велись переговоры о финансировании производства большого количества украинских медицинских бронеавтомобилей. Издание обратилось к ответственному заместителю министра обороны с запросом о текущем статусе этого проекта, однако ответа не получило.

В условиях расширения зоны поражения российских FPV-дронов скорость эвакуации и возможность оказать помощь раненому ещё до прибытия на стабилизационный пункт напрямую влияют на его шансы выжить.