Майор Гетьман: западные танки поедут по херсонским степям, контрнаступление ВСУ ничто не остановит. Интервью

Майор Гетьман: западные танки поедут по херсонским степям, контрнаступление ВСУ ничто не остановит. Интервью

Учитывая военную помощь, которую в последнее время оказывают Украине западные партнеры накануне контрнаступления Сил обороны, а именно поступление современных танков и бронетехники, направлением номер один для освобождения оккупированных территорий может стать юг нашей страны. Наиболее удобны для такой техники не леса, не жилая застройка, а открытые площади, например степи Херсонщины.

Для оперативного окружения российской группировки в Крыму и освобождения полуострова необходимо отрезать противнику все пути поставки – как материковый, так и логистический по Керченскому мосту. Для этого украинская армия должна выйти на побережье Азовского моря. Уничтожение моста также было бы очень кстати. Конечно, враг будет препятствовать украинской армии, но по большому счету у него уже нет возможности существенно помешать освобождению оккупированных территорий. Такое мнение в эксклюзивном интервью OBOZREVATEL высказал ветеран российско-украинской войны, майор запаса ВСУ Алексей Гетьман.

– Российские пропагандисты устроили истерику из-за опасности нанесения ударов по Москве украинскими дронами. Информповодом стал пост в Twitter секретаря СНБО Алексея Данилова, в котором он намекнул на наличие в Украине дронов дальностью более 3000 километров. Действительно ли, чисто теоретически, такая возможность есть? Есть ли насущная потребность в нанесении ударов по центрам принятия решений в России?

– На самом деле сообщения о том, что у Украины есть дроны, которые могут действовать на большом расстоянии, звучали и раньше. Их озвучивали представители "Укроборонпрома" в начале декабря прошлого года. В то время в Украине проходили испытания ударных БПЛА, которые могут действовать на 1000 км.

Можем ли мы такими БПЛА атаковать Москву? Если мы могли атаковать Энгельс-2, то поверьте, сможем атаковать и Москву, ведь расстояние не превышает 1000 километров. Мы можем атаковать и Москву, и любые другие цели на территории России, находящиеся в радиусе до 1000 километров от наших границ.

Стоит ли нам это делать? Если это какие-то военные объекты, логистические центры и т. д. – конечно, мы должны уничтожать врага, это не противоречит международному законодательству. Есть ли смысл атаковать непосредственно Москву? С моей точки зрения, конечно, есть. Это центр принятия решений и мощный пропагандистский центр. Одна из составляющих гибридной войны – это информационная война. Поэтому, думаю, было бы неплохо атаковать именно "Останкино".

А то, что они там в России боятся… Пусть боятся дальше. Они атаковали нашу киевскую телебашню, но им это не удалось. Думаю, нашим дронам могла бы удаться атака на "Останкино". Это моя личная точка зрения.

Как когда-то мы говорили в детстве: "Тут-тук, я в домике". Нет, Москва не "в домике". Ее можно атаковать, если там есть военные объекты, влияющие на войну в Украине, которую ведет Российская Федерация. Я считаю, мы не просто можем, но и должны это делать.

– Еще два знаковых объекта для страны-оккупанта – Керченский, или Крымский мост и, собственно, сам украинский полуостров Крым. Относительно моста. В свое время по нему был нанесен удар, мост был поврежден, но, к сожалению, он еще держится. Считаете ли вы, что перед контрнаступлением украинских Сил обороны было бы желательно уничтожить еще и этот мост?

– Да, об этом были разговоры. В настоящее время он частично отремонтирован. Есть только автомобильное движение, железнодорожного нет. Нужно ли его уничтожать во время нашего контрнаступления? Вполне возможно. Если по этому мосту во временно оккупированный Крым могут поставляться боеприпасы, живая сила и техника врага, это просто логистический маршрут, который должен быть уничтожен.

– Вопрос о Крыме. Считаете ли вы, что Крымский перешеек может быть заблокирован нашими Силами обороны, что крымская группировка врага может быть взята в оперативное окружение? Что для этого нужно? Как вы оцениваете перспективы освобождения нашего полуострова?

– На эту тему было сделано много заявлений нашим руководством – и о политической, и о военной составляющей этого вопроса. Конечно, Крым – это наша территория, его нужно освобождать. Речь шла также о том, что его можно освободить в этом году.

Каким образом? Думаю, он должен оказаться в оперативном окружении, для этого нужно перерезать все пути снабжения с материка. Как именно будет освобождаться Крым, думаю, лучше знают в нашем Генеральном штабе. Но это очень важно сделать с точки зрения влияния на все медийное пространство Российской Федерации.

Освобождение Крыма для них будет очень существенным ударом. Я думаю, после этого к Путину уже не будут прислушиваться. Россияне не простят ему такой потери.

– Конечно, Генеральный штаб знает больше, чем мы. Но с сугубо военной точки зрения – какие направления контрнаступления были бы наиболее приоритетными, исходя из ситуации, сложившейся на фронте?

– Этот вопрос анализировали генералы НАТО, наши союзники. Я считаю, что наиболее вероятным будет южное направление – чтобы выйти на побережье Азовского моря и отрезать Крым от материковой части РФ. Мне кажется, что это было бы вполне логично, в частности, учитывая военную технику, которую мы получили от союзников. На севере – лесистая местность, там тяжело использовать тяжелую технику. Донбасс – это урбанизированная местность, там тяжелая техника и танки тоже не очень уместны. Они более уместны на открытой местности, где они могут совершать большое продвижение на полном ходу и довольно быстро.

Поэтому я предполагаю, что техника, которую в последнее время получила Украина, предназначена как раз для херсонских степей, южного направления. С военной точки зрения там наиболее уместно использование тяжелой техники и танков.

А когда на остальной территории подсохнет почва, когда можно будет двигаться по полям, чтобы в них не застряла техника... Думаю, это будет в конце весны. Возможно, не раньше июня.

– В Главном управлении разведки считают, что враг попытается сорвать контрнаступление ВСУ и наносить удары по военным объектам Украины. Ранее мы видели информацию о том, что враг укрепляет свою линию обороны на некоторых участках фронта. Ваш прогноз – может ли оккупант существенно повлиять на ход контрнаступления? Какие рычаги влияния у него есть?

– На всех участках нашего возможного наступления они начинают переходить к обороне, они строят фортификационные сооружения в Крыму, они информационно готовят собственное население к тому, что, скорее всего, им придется обороняться. Они обосновывают это тем, что в Украине якобы воюет большое количество военнослужащих НАТО. К примеру, глава Совбеза РФ Медведев заявил чепуху, что у нас воюет 3 миллиона 600 тысяч солдат НАТО.

Но что может помешать нашему контрнаступлению с их стороны? По большому счету, ничего.

– Значит, мы можем надеяться, что контрнаступление будет успешным.

– Скорее всего, так и будет.