Мельник: Путин готовит большое наступление, известны сроки и направления. Интервью

6 минут
295,3 т.
Мельник: Путин готовит большое наступление, известны сроки и направления. Интервью

Война в Украине – на пороге перелома или новой кульминации. К ней готовятся обе стороны – и страна-террорист Россия, и Украина, и обе накапливают резервы. Российские оккупанты надеются добиться перелома в войне и перехватить инициативу у ВСУ. Украинская армия готовит мощное контрнаступление.

Видео дня

Наступление армии главы Кремля Владимира Путина на Украину может произойти в период с января по начало марта. Приоритетное направление – восток нашей страны. Впрочем, западные партнеры уже корректируют свою помощь Украине в соответствии с такими прогнозами, а оккупационная армия, которая делает ставку на массовую мобилизацию, может столкнуться с проблемой. Такое мнение в эксклюзивном интервью OBOZREVATEL высказал со-директор программ внешней политики, координатор международных проектов Центра Разумкова, военный эксперт Алексей Мельник.

– По информации Генштаба ВСУ, значительно возросла опасность дальнейших ракетных и авиационных ударов России по объектам в Украине. В Генштабе также отметили дополнительную опасность, которую представляют совместные беларуско-российские учения возле границы с Украиной. Считаете ли вы, что Россия может пойти ва-банк и предпринять попытку вернуть под свой контроль освобожденные территории? Действительно ли у врага есть такой шанс?

– Если попытаться сформулировать оценку ситуации на данный момент и на ближайшую перспективу, то можно поддержать выводы, опубликованные британской разведкой, – о том, что эта кампания близится к очередной кульминации.

Это не означает, что после этого будет окончательно определен ход войны или будет достигнута решающая победа одной из сторон. Но много факторов свидетельствует о том, что мы на пороге кульминации.

Что подразумевается, если говорить о намерениях российской стороны? То, что происходило в течение последних недель и дней, в частности, новые назначения в военном руководстве, попытка добиться успеха хотя бы на одном из участков, прежде всего, на восточном направлении, переброска дополнительных сил на линию столкновения, мероприятия по скрытой мобилизации – все это свидетельствует о том, что Россия аккумулирует силы для того, чтобы в ближайшее время попытаться добиться перелома в войне, перехватить инициативу.

Это делается не только с целью продвижения на фронте, но и для того, чтобы представить российской публике, начиная от рядовых россиян и заканчивая военными, хоть какой-то успех, чтобы поднять их моральный дух, повысить мотивацию.

Что касается украинской стороны, то мы получаем сигналы от военно-политического руководства о том, что в ближайшее время Украина намерена провести успешную контрнаступательную операцию. Для этого также создаются резервы.

Если добавить те события, которые происходят на внешнеполитическом фронте, очевидно, что заявления о расширении ассортимента вооружения, которое будет поставляться Украине, как раз основываются на расчетах относительно возможного наступления, которое готовит Россия.

Главная цель – упредить возможности России добиться успеха и способствовать тому, чтобы Украина могла выдержать это наступление, если оно произойдет раньше, чем наше контрнаступление, а также обеспечить успешное контрнаступление украинских сил либо ради действий на опережение, либо чтобы не дать России реализовать ее планы.

– Вы сказали, что в России есть мобилизационный ресурс. Но достаточно ли этого, чтобы достичь перелома в войне? Достаточно ли этого "живого материала", чтобы успешно наступать?

– Я хотел бы обратить внимание на то, что при наличии многомиллионного мобилизационного ресурса, то есть мужчин, которые по формальному возрастному параметру подлежат мобилизации, Россия вынуждена прибегать к нестандартным шагам. Это свидетельствует о проблемах со стандартным, определенным законом, способом мобилизации.

В частности, они предпринимают такой нестандартный шаг, как увеличение возраста для солдат-срочников, что предполагает привлечение молодых людей, не имеющих начальной военной подготовки. Это автоматическое предоставление гражданства РФ иммигрантам, соглашающимся вступить в вооруженные силы России. Также известно российское ноу-хау – привлечение в армию заключенных, осужденных за тяжкие преступления и создание новых частных военных компаний. То есть Россия задействует весь спектр, чтобы сгенерировать человеческую массу, которая в известной степени показала себя успешной в боях на фронте.

Но другой вопрос, приведет ли механическое увеличение численности вооруженных сил автоматически к повышению качества? Чтобы пройти курс молодого бойца, получить абсолютно базовые навыки, даже в советское время требовалось от одного до трех месяцев. Будет ли Россия ждать, пока они получат эти базовые навыки – я имею в виду тех, кто не служил в армии – или сразу будет бросать их на фронт, потому что, образно говоря, нужно затыкать дыры?

Нужны автоматы Калашникова, нужна экипировка, которую, как мы видели, российское минобороны не способно обеспечить даже по минимуму. Мобилизованные закупали экипировку за свой счет, об этом они неоднократно сообщали. Очевидно, что для следующих 300 тысяч проблема с обеспечением будет еще больше.

Уже не говоря о более серьезных вещах – танках, артиллерии, боеприпасах и т. д. Все эти проблемы будут нарастать по мере увеличения численности армии. В том числе проблемы логистики, начиная с места, где их призывают, и заканчивая местом их применения на поле боя.

Если рассматривать это в контексте рейтингов армий, второй или третьей военной мощи в мире, может выглядеть, что она есть. Но если учитывать все эти детали и национальные особенности, то может получиться так, что увеличение армии приведет не к ее усилению, а, наоборот, к ослаблению. На что мы в значительной степени и рассчитываем.

– Вы сказали, что западная военная помощь определяется в соответствии с потребностями контрнаступления и противодействия наступлению врага. Может ли она также предусматривать противодействие ракетам Х-22, которые, как мы видим, Россия начала применять против мирного населения Украины?

– Западная помощь изначально формировалась на основе координации – по крайней мере, нам бы хотелось верить в то, что нам просто не отдают все лишнее. "Рамштайн", который соберется 20 января, как раз и призван обеспечить единый центр координации. Первоначальные данные формируются, исходя из потребностей украинской армии, а также общей ситуации, в частности, угроз, актуальных на сегодняшний день. Поэтому мы можем надеяться на то, что все прозвучавшие тематические заявления будут зафиксированы в достаточно конкретных решениях 20 января.

Конечно, очень важны технические характеристики передаваемого нам вооружения. Но, на мой взгляд, главное, что сейчас нужно понимать, в чем нужно убеждать наших партнеров – в том, что эта помощь должна нарастать, и она должна быть постоянной.

– Последнее уточнение – по поводу кульминации, о которой мы говорим. Можете ли вы предположить ее примерные сроки и приоритетные направления?

– Если говорить об ориентировочных сроках, когда можно ожидать попытки России перейти в наступление, то это во многом зависит от нескольких факторов. Как минимум это готовность к наступлению, которая не может оставаться незамеченной. При нынешних возможностях разведки просто собрать где-нибудь полноценную группировку так, чтобы это было неожиданностью, невозможно. Конечно, наша разведка, наши партнеры мониторят ситуацию, чтобы своевременно реагировать на намерения врага.

Сроки, озвученные сегодня, – это конец января – начало марта. На мой взгляд, это наиболее угрожающий период. Очевидно, что на эти сроки будет влиять также сезонный или погодный фактор. То, насколько теплым или холодным будет февраль, насколько ранней будет весна, повлияет на корректировку противником этих сроков. Он может атаковать, даже не достигнув полной готовности.

К примеру, если противник будет видеть перспективу резкого потепления и, соответственно, совершенно непреодолимое препятствие для использования тяжелой техники в наступлении, он может принять решение о наступлении раньше или же отсрочивать его уже ориентировочно на апрель, когда закончится оттепель и подсохнет почва.

Что касается возможных участков наступления, то на сегодняшний день наиболее приоритетным направлением для России остаются Луганская и Донецкая области, потому что это тот минимум, который Россия декларирует в качестве цели войны – "освобождение" этих украинских областей.

Для Украины наиболее приоритетным направлением для контрнаступления является южное, которое позволило бы по-настоящему переломить ход войны путем разрезания пополам группировки российской армии, которая находится на территории от левого берега Днепра и до Ростовской области.