"Меня вызвали и объявили, что мы должны переехать в село": как украинские беженцы живут во Франции

6 минут
132,0 т.
'Меня вызвали и объявили, что мы должны переехать в село': как украинские беженцы живут во Франции

Уже два месяца некоторые украинцы, которые бежали от войны, живут в Европе. Очень много наших соотечественников остановились в Польше, где их принимают как родных людей. Другие поехали дальше – Германия, Франция, Бельгия и другие страны.

Видео дня

У каждой семьи своя история, свои проблемы и трудности. Как устраиваются украинцы на новом месте, как живут – мы спросили у нескольких семей. Сегодня рассказ о жизни во Франции. Наша героиня делится личным опытом и субъективным мнением.

Подробнее об этом читайте в материале OBOZREVATEL.

Через неделю соцслужбы передумали

Киевлянка Леся Козачук с двумя дочками-школьницами решила уехать во Францию. Она с бывшим мужем находилась на даче неподалеку от Бучи и Ирпеня, когда началась война. Леся сама логопед, у нее много друзей в разных странах, которые сразу начали звать ее приехать к ним.

"Мы очень боялись бомбежек. Тогда мы еще не знали, какой ужас творится в этих населенных пунктах. И в какой-то момент я решила, что надо ехать. В каких условиях мы добирались, рассказывать не буду. В вагоне был занят каждый сантиметр, люди сидели на полу", – вспоминает Леся.

Леся Козачук

Семья добиралась через Польшу, потом остановилась у друзей в Дрездене, там пробыли несколько дней и поехали во Францию, куда их позвали друзья.

"В Польше украинцев великолепно встречают, там каждый человек тебе сочувствовал. В Германии было попроще, но там много людей, которые готовы тебе помогать и встречают тебя как родственника. Там очень хороший социальный пакет, если ты снимаешь жилье, то тебе на это дают деньги. Мы могли бы там жить, пока не закончится война. Я написала друзьям во Францию, что останусь в Дрездене. Но меня уговорили, и мы поехали к ним. Но закрутилось все не так как хотелось", – продолжает Леся.

Она отмечает, что французские социальные работники внешне очень милые, всегда улыбаются. Но тут царит какой-то хаос: тебя могут послать за справкой, которая потом оказывается ненужной. Или отправить куда-то, а потом сказать, а зачем вы туда ходили?

Семья остановилась в городе Дижон

Во Франции семью поселили в социальную гостиницу в городе Дижон, там выделили две комнаты по 20 кв. м, в каждой была кухня и санузел. Леся жила со старшей дочерью, бывший супруг – с младшей.

Семье сказали, что они могут жить там хоть год. Дочери пошли в местную школу, нашли там друзей. Старшая дочь попала в адаптационный класс, где есть девочка, которая говорит на английском и русском, она помогает дочери Леси. Младшая попала в обычный класс.

Но через неделю социальные службы сообщили, что они передумали, мол, в Дижоне мало места, и поэтому Лесе с семьей придется переехать. Хотя в отеле, куда поселили украинцев, жили в основном сирийцы и арабы – тоже беженцы, и только 25 украинских семей. А сам отель наполовину пуст.

Леся со старшей дочкой

"Я объясняла социальному работнику, что мы не можем переехать, девочки уже пошли в школу. Да и в Дижоне я смогу найти хотя бы работу, хоть нянечкой. Она меня выслушала и сказала, что я никуда не смогу устроиться на работу без знания французского языка. Через неделю меня вызвали и объявили, что нам нужно переехать в село за 90 км от Дижона. По их мнению, это для нас будет лучшее решение. Отказываться нельзя, иначе вы выпадете из системы поддержки. Вот с этого момента я поняла, что я, 44-летний человек, который имел хорошую профессию, хороший доход, жилье в Украине, уважение учеников, теперь не имею никаких прав. Социальный работник и ее босс с улыбкой сообщают мне, что вы поедете туда, куда они решили. Мне было очень тяжело сдержать чувство беспомощности и обиды", – говорит киевлянка.

Лесе помогли обычные французы

Тогда Леся решила обратиться к обычным французам, которые воспринимают проблемы других людей ближе, чем социальные работники. По ее мнению, это очень открытые люди, они принимают украинцев бескорыстно. Несмотря на то, что во Франции очень дорогая коммуналка, они очень экономят, государство им ничего не платит за беженцев. Но помогают они из добрых побуждений.

Во Франции местная пресса следит за жизнью украинской семьи и раз в неделю берет у них интервью
Местная пресса рассказывает о жизни украинской семьи

Подруга в Париже попросила свою знакомую, которая работает пиарщицей в одном из театров, разместить на своей страничке в социальных сетях объявление о том, что украинская семья – мама и двое дочерей – ищут жилье в Дижоне.

Откликнулось сразу несколько человек. Одна молодая пара сообщила, что переезжает в новый дом и у них есть свободная комната. Дом оказался в пешей доступности от школы. Леся встретилась с ними. "Оказалось, что это очень милые молодые люди, мы поняли, что можем доверять друг другу. И уже в воскресенье мы с девочками переезжаем к ним. Бывший муж и сестра поедут все-таки в село, им там выделят жилье соцслужбы", – рассказывает Леся.

Украинка говорит, что прежде чем вселиться в то сельское жилье, нужно подписать договор. И хотя тебе говорят, что ты можешь распоряжаться жильем как своим, есть ограничения. Например, никто не может приехать к тебе и остаться на ночь, гости допускаются только днем. Если тебе нужно отлучиться на три дня, ты обязана поставить в известность ответственное лицо, а если тебе надо уехать более чем на семь дней, то обязательно нужно получить письменное разрешение.

Лесе с дочерями удалось остаться в Дижоне
Как помогают благотворители

Что касается выплат, то семья украинки на троих получает примерно 620 евро в месяц. А бывшему супругу, поскольку он один, дали 420 евро.

В Германии, по словам Леси, она могла бы рассчитывать на сумму в 830 евро, и цены на продукты там гораздо ниже.

В Дижоне, где семье все-таки удалось остаться, есть украинские благотворительные организации, которые сильно помогают продуктовыми наборами, товарами секонд-хенд. А вот в селе, куда хотели переселить семью, есть только одна благотворительная организация, куда можно прийти только два раза в месяц за продуктами.

"Сестра уже ходила туда. Тамошний сотрудник идет рядом с тобой, держит тебя и говорит, чтобы ты показывала пальцем, что ты хочешь взять. Сестра только протянула руку к нужному продукту, он сразу: "Нет-нет, это нельзя. Вот это можно".

Во Франции примерно 70 тыс. украинских беженцев, в Польше – около 3 млн

Украинку удивила работа Красного креста. По ее словам, эта организация никакой помощи украинцам почти не оказывает. "Я была в префектуре, увидела Красный крест, который раздавал купоны на 250 евро. В определенных магазинах на них можно купить товар. Я показала им свои документы и спросила, могу ли я получить такой купон. Мне отказали. Написали на бумажке что-то по-французски и сказали, что я могу сходить в Coallia (центр для беженцев) и получить что-то там. Но в Coallia только развели руками, сказали, что впервые об этом слышат.

Найти работу можно в Дижоне, в селе, разумеется, для беженцев ее нет. Но если ты устраиваешься на работу, то теряешь социальную помощь. Например, если получаешь помощь в размере 1200 евро, то при устройстве на работу потеряешь все пособие. Если меньше, то вычтут значительную сумму из него.

Что с изучением языка?

Что касается бесплатных курсов французского, то тут, как и во многих странах, их ведут пожилые волонтеры, в основном преподаватели. Они очень общительные, хотят помочь, но Леся говорит, что таким образом язык выучить сложно.

"Я сама нашла программу по изучению французского от школы Грета, они работают совместно с их биржей труда POLE EMPLOI. Эта школа помогает адаптироваться в стране беженцам. Они совместно с биржей труда проводят интенсивные трехмесячные курсы. Потом они либо помогают найти тебе работу, либо ты продолжаешь обучение дальше. К сожалению, в социальной службе мне никто об этом не рассказывал", – говорит украинка.

Украинка сама нашла курсы по изучению французского языка

Также Франция предоставляет украинцам медицинскую страховку бесплатно. Однако Леся уже с 11 марта в этой стране, но страховка ей так и не пришла. Хотя ее бывший супруг уже ее получил.

Леся говорит, что не знает пока, вернется ли в Украину. "После зверств в Буче и Ирпене, о которых мы узнали позже, я не могу вернуться с двумя детьми назад. Пока не станет безопасно на 100%, я даже с места не сдвинусь", – считает украинка.