Блог | Остановится ли Путин на Донбассе?

Когда я снова и снова утверждаю, что оставшиеся территории Донбасса, контролируемые Силами обороны Украины, могут и должны стать предметом переговоров о прекращении активных боевых действий, главный контраргумент, который приводят мои оппоненты, – "сдача Донбасса" лишь ускорит продвижение путинской орды вглубь Украины.

Города, даже полуразрушенные, безусловно, являются "якорями обороны". Удерживать бетонные заросли легче, чем голую степь. Особенно если в степи не созданы надёжные линии обороны с развитой подземной инфраструктурой.

Но удерживать то, что осталось от Лимана, Славянска, Краматорска, Дружковки, Алексеевки-Дружковки и Доброполья, не может быть целью самой по себе. Как только в городах угасает гражданская жизнь, они действительно превращаются в осажденные крепости. А оборона крепостей, не защищенных надежными внешними стенами, – дело затратное. Особенно в эпоху КАБ и дронов. Единственной целью защиты таких "крепостей" может быть измотание личного состава и техники врага. И это уничтожение должно обескровить врага настолько, что он не сможет или не захочет продолжать войну.

К сожалению, ничего подобного мы не видим. Даже если верить статистике Генштаба о размере безвозвратных потерь РФ, то полтора миллиона погибших и раненых не побудили путина не то что остановить войну, но даже объявить хотя бы мобилизацию. У нас ситуация скорее обратная – человеческий ресурс, даже при полном беззаконии со стороны ТЦК, иссякает на глазах. А принимать непопулярное, но крайне необходимое решение о мобилизации молодежи Зеленский пока не готов.

Но вернёмся к нашему вопросу: если Украина согласится отдать РФ остатки Донбасса, даст ли это шанс хотя бы на временную остановку войны? Однозначного ответа на этот вопрос нет. Ведь Донбасс – это скорее символический трофей этой войны, но точно не её причина. Поэтому уход СоУ из Донецкой области может стать поводом, но не причиной прекращения активных боевых действий.

Причина – нежелание и (пока) неготовность сторон превращать войну в по-настоящему тотальную. Ведь тотальная война – это атаки на АЭС, разрушенные мосты, уничтоженные пункты пропуска через государственную границу, вывод из строя критически важной инфраструктуры, такой как водоснабжение и водоотведение, и т. д. Пока, при всех ужасах этой войны, мы даже не приблизились к её "тотальному" измерению.

Также об отсутствии у путина намерений оккупировать Украину свидетельствует численность его группировки в Украине. 700 тыс., рассеянных по всей длине фронта, недостаточно для взятия Харькова – не то что всей Украины. Напомню, что в Берлинской операции (с 16 апреля по 8 мая 1945 года, когда Третий Рейх был обречён, а его столица лежала в руинах) участвовали:

– 2 500 000 военнослужащих,

– 6 000 танков,

– 41 000 артиллерийских установок,

– 7 500 самолетов.

Поэтому повторю: 700 тыс. наемников – это экспедиционный корпус, а не оккупационная армия. Задача путина – сломить нашу волю к сопротивлению, а не оккупировать Украину, как американцы в своё время оккупировали Ирак или немцы – межвоенную Польшу.

Главная наша проблема – не фронт, где мы научились заставлять русских платить ооочень дорогую цену за каждый квадратный километр оккупированной украинской земли. Главный вызов для нас – потеря мотивации воевать за такую Украину у всё большей части населения. Социальный взрыв, вызванный неэффективностью, дилетантством, несправедливостью, коррупцией и т. д. украинской власти, имеет гораздо больше шансов разрушить украинскую государственность, чем путинская оккупационная группировка.

Поэтому Донбасс должен быть на столе переговоров. Но не так, как предлагает путин: выведите войска, а потом поговорим. И не так, как предлагает Зеленский: прекратим стрелять, а потом поговорим. За столом переговоров, где гарантами выступят США и Китай, должен обсуждаться весь комплекс мер, способных положить конец кровопролитию и разрушениям.

Кто будет контролировать оставшиеся территории Донбасса, которые сейчас находятся под контролем СоУ, – это точно не главный вопрос прекращения (активной фазы) войны. Это, повторюсь, скорее символический трофей, надводная вершина айсберга, которая будет символизировать достижение компромисса по многим гораздо более важным вопросам. Ведь эта война идет не за Донбасс, – она идет за новый мировой порядок, который формируется после того, как США устали быть "мировым полицейским".

И поэтому (временная) остановка войны – это не вопрос территорий, это вопрос нового динамичного баланса сил между Украиной и Россией, между Европой и Азией, между демократическим миром и автократиями. Мы просто оказались в эпицентре глобальных изменений.

И если мы трезво оценим вызовы и риски, с которыми столкнулась Украина, если не будем зацикливаться на "одержимости путина Украиной", если перестанем быть заложниками прошлого (вступление в НАТО) и сможем стратегически взглянуть на глобальную шахматную доску и найти на ней своё достойное место, – шанс хотя бы на длительную паузу в противостоянии с Россией более чем реален. А когда умрет путин, тогда России точно будет не до нас, а у нас откроется окно возможностей для превращения временного решения в фундаментальное разрешение Восточного вызова. Но для этого нужно учиться думать стратегически и играть на долгосрочную перспективу, а не становиться заложником собственных мифологем...