УкраїнськаУКР
EnglishENG
PolskiPOL
русскийРУС

Со стороны Брянской и Курской областей РФ возможны неожиданности. Интервью с израильским обозревателем Давидом Шарпом

7 минут
55,3 т.
Со стороны Брянской и Курской областей РФ возможны неожиданности. Интервью с израильским обозревателем Давидом Шарпом

Российско-украинская граница де-факто является линией фронта, в том числе и та ее часть, которая непосредственно граничит с Брянской и Курской областями России, и нуждается в обороне и постоянном мониторинге ситуации. Украинская армия должна быть готова в любой момент отразить вражеские атаки, которые могут оказаться неожиданными. Сценарий прорыва армии РФ на Харьковщину не должен повториться.

Ближайшие цели врага – продвинуться на Покровском направлении, захватить Торецк, далее выйти к шоссе Константиновка – Покровск, а еще лучше – взять его под контроль. При этом важнейшая задача Сил обороны – не просто создавать укрепления, но еще и прикрывать их соответствующими силами.

Такое мнение в эксклюзивном интервью OBOZ.UA высказал израильский военный обозреватель Давид Шарп.

– В ОК "Запад" сообщили, что ситуация вдоль границы с Беларусью полностью контролируемая, защита границы усилена. В то же время беспокоит также граница с РФ в районе Брянской и Курской областей. Следует ли усилить ее защиту? Как это можно сделать при условии, что приграничные территории Украины простреливаются врагом?

Видео дня

– Я не располагаю всей полнотой информации, которой должны располагать командующие ВСУ на основании разведданных. Но в общих чертах можно говорить следующее.

На границе с Беларусью боевые действия сейчас не ведутся, однако, конечно, это потенциальный противник, и теоретически оттуда можно ждать чего угодно. В этой связи ведутся разведывательные мероприятия, в том числе союзниками и партнерами Украины. На основании полученной информации можно судить о том, готовит ли противник что-нибудь.

Кроме того, без связи с разведывательной информацией должна быть некая собственная базовая готовность для отражения разного рода действий противника. Что касается Беларуси, то, если не замечается формирования какой-либо российской наступательной группировки, можно предположить, что оттуда в обозримой перспективе ничего не грозит.

Но что касается Брянской и Курской областей, то здесь ситуация другая. По сути, это линия фронта. И здесь важно, чтобы не случилось то, что случилось в Харьковской области 10 мая, когда российское наступление привело к захвату территорий.

Со стороны Брянской и Курской областей РФ возможны неожиданности. Интервью с израильским обозревателем Давидом Шарпом

Необходимо тщательно отслеживать ситуацию на той стороне границы: готовит ли противник группировки, накапливает ли резервы наступательной конфигурации и так далее. Если риски повышаются и что-то наблюдается, должно происходить усиление границы. Это касается и оборонительных линий, и войск. Важно предотвращать такие вещи, которые были в Харьковской области.

Но есть и объективные трудности, ведь речь идет о линии фронта, и некоторые вещи делать сложно. Все делается в зависимости от реалий. Иногда укрепления строятся несколько в глубине, иногда войска находятся немного в тылу, чтобы не попадать под удар. В целом все в соответствии с обстановкой и с постоянным мониторингом ситуации.

В любом случае нужно быть в состоянии готовности, поскольку не всегда разведка может доложить точно. Возможны неожиданности. Необходимо также следить за тем, что происходит на той стороне, и соответствующим образом реагировать. Видимо, все так и происходит на протяжении большей части времени, когда нет серьезных обострений и ситуаций, подобных наступлению в Харьковской области.

– О каком безопасном расстоянии от границы может идти речь, где можно возводить фортификационные сооружения, строить линии обороны?

– Было бы по определению неправильно говорить о безопасном расстоянии. Многое зависит от рельефа местности, от времени суток. Но в целом условное расстояние в 10 километров от линии боевого противостояния, соприкосновения сегодня очень небезопасно. Расстояние в несколько километров – это вообще плохо.

Но там, где активно действуют дроны, в том числе FPV-дроны, легко разведывается обстановка и наносятся артиллерийские и минометные удары, и там все очень сложно и непросто. Однако иногда некоторые работы должны вестись, даже несмотря на риски. Потому что, если ожидается вражеское наступление, надо действовать вопреки всему.

Со стороны Брянской и Курской областей РФ возможны неожиданности. Интервью с израильским обозревателем Давидом Шарпом

Но в целом ситуация на поле боя конкретно этой войны проблематична, потому что стороны – это касается и украинцев, и россиян – неплохо наблюдают за территорией и способны наносить эффективные удары. Многое зависит еще и от конкретных участков. Если на них есть средства артиллерии, разведки и ударные беспилотники, то это одно. Но если, допустим, эти средства не выделены, то это может быть безопаснее.

Вообще, тут нет какого-то универсального рецепта, но в целом вблизи линии фронта, вблизи границы очень небезопасно.

– По информации морских пехотинцев из 35-й бригады, которые находятся в Крынках на левобережье Днепра, там проводится едва ли не самая сложная операция в этой войне, поскольку там образовался так называемый автокотел и враг имеет возможность штурмовать украинские позиции одновременно с трех сторон. Как вы видите перспективы Сил обороны на этом плацдарме? Что здесь можно сделать, чтобы расширить, усилить плацдарм и так далее?

– Почти всегда все упирается в отсутствие достаточной информации. Мы пользуемся только открытыми источниками, отрывочной информацией, и туман войны тут очень и очень силен.

Конечно, очень важно знать расстановку сил, как удается работать снабжению, каковы потери и так далее. На самом деле тут все проблематично. Расширить этот плацдарм? Прежде всего возникает вопрос: а зачем? Есть ли какой-то смысл в такого рода действиях оперативного характера?

Со стороны Брянской и Курской областей РФ возможны неожиданности. Интервью с израильским обозревателем Давидом Шарпом

Достаточно очевидно, что постоянно действующую переправу, мост или что-то еще в данном районе наладить нельзя. Поэтому нет возможности перебросить на левый берег крупную группировку, чтобы расширить плацдарм, чтобы он представлял собой серьезную угрозу противнику. Тем более что у ВСУ для этого нет дополнительных резервов.

Поэтому, если тем, кто держится на этом плацдарме, удается наносить противнику очень серьезные потери в пропорции, устраивающей украинское командование, если при этом отвлекаются значительные силы противника от других участков, а свои силы отвлекаются не очень значительные – тогда держаться там целесообразно. И наоборот. Если эти условия не соблюдаются, если есть шанс быть разгромленными на этом участке, если потери велики, то стоит взвесить целесообразность нахождения на этом участке. И это задача украинского командования.

В любом случае ситуация там недостаточно ясна, мы пользуемся отрывочными сведениями. И было бы неправильно с моей стороны на большом расстоянии делать какие-то далекоидущие выводы.

– Действительно, информация отрывочная, но Генштаб озвучивает точную статистику боевых столкновений за сутки. Так, за 1 июля произошло 189 боевых столкновений. Еще месяц назад среднее количество боев было около ста, сейчас цифра фактически удвоилась. Значит ли это, что враг активизировался и ведет активную наступательную кампанию? Больше всего атак 1 июля было на Покровском направлении, на запад от Авдеевки и Очеретино. Видим, враг пытается еще больше вклиниться в украинскую оборону и расширить позиции. Достаточно ли эффективных оборонительных сооружений и фортификаций, чтобы остановить продвижение, или необходимо что-то большее?

– Я считаю, что россияне еще с осени ведут достаточно активные наступательные действия на разных участках фронта в рамках своей стратегии – стратегии постоянного давления на разных направлениях. Возможно, за редким исключением, небольшими силами, но на постоянной основе. Цель – поиск слабых мест, далее, если такие места удается найти, – их использование и создание условий для дополнительных успехов.

Например, если удается охватить какие-то позиции за счет вклинения, создается более выгодная конфигурация фронта, которую можно использовать для дальнейших достижений. Иногда бывают относительные затишья, которые, видимо, связаны с ротацией, с потерями, с накоплением резервов. Но в целом все это продолжается.

Насколько можно судить, российские потери, несмотря на то, что они велики, не превышают пополнение. А раз так, то это позволяет им вести наступательные действия в нынешнем темпе.

Покровское направление – наиболее важное. Тот самый прорыв под Очеретино, который был реализован достаточно давно, привел к тому самому вклинению. Это пример того, как вклинение в украинскую оборону предоставляет те или иные возможности для атак с флангов и попытки взять что-то в оперативное окружение. И мы видим эти попытки продвинуться еще.

Со стороны Брянской и Курской областей РФ возможны неожиданности. Интервью с израильским обозревателем Давидом Шарпом

Попытка захватить Торецк, который оказался в невыгодном положении с точки зрения военной географии, достаточно очевидна. И давление в этих местах – на Покровском направлении и в районе Торецка – будет продолжаться. Более глобальная и амбициозная цель – выйти к дороге Константиновка – Покровск. А общий стратегический план, как мне видится, – полностью, на всем протяжении выйти к шоссе Константиновка – Покровск.

При этом Часов Яр – это некий важнейший пункт обороны на пути к Константиновке. Не забываем также о Курахово и Купянске. Это те места, где они прилагают свои основные усилия. Нет причин считать, что эти усилия заметно спадут. Это может произойти разве что на фоне очень серьезных потерь, когда просто не хватает пополнения или боеприпасов. Пока мы этого не видим.

Есть еще и такое глобальное политическое событие, как выборы президента США, после которых кое-что прояснится. Во всяком случае, в том, что касается поддержки Украины. Видимо, Кремль этот фактор также учитывает. У них есть желание добиться каких-то максимально возможных территориальных успехов еще до того, чтобы на момент выборов иметь больший запас прочности.

Что касается укреплений, линий обороны, хватит или не хватит… Я не знаю, какие и на каких участках на фронте и в тылу укрепления созданы, это достаточно секретная информация. Но очень важно другое: никакие укрепления не работают сами по себе. Важно, чтобы их прикрывали соответствующими силами, располагающими необходимым запасом огневой мощи. И главное, знающими, что они делают.

Без того, чтобы на укреплениях сидели те, кто умеет обороняться, укрепления не сработают. Более того, если противник их захватывает, он может ими воспользоваться для собственного закрепления на территории. Поэтому основа основ – это резервы и те, кто планирует на них держать оборону.

Но сами по себе укрепления, безусловно, очень усиливают оборонительный потенциал, их стоит готовить загодя. В том числе в населенных пунктах, в крупных городах, которые нужно готовить к обороне. Это азбука.