"Враг не мог понять, что происходит, а когда понял, было уже поздно": участник операции "Вивальди" раскрыл подробности

Операция Третьего армейского корпуса "Вивальди" на Лиманском направлении стала уникальным примером того, как даже в условиях численного превосходства противника можно эффективно зачищать временно оккупированные территории от инфильтрации врага и освобождать их. Тщательное планирование, эффективная тактика, слаженная работа подразделений, эффект неожиданности – все это сыграло ключевую роль в восстановлении контроля над 125 квадратными километрами территории Украины.

Первый механизированный батальон в составе 66-й отдельной механизированной бригады имени князя Мстислава Храброго принимал участие в освобождении села Среднее в Донецкой области. Бойцы ворвались в село на бронетехнике с непроездного, неожиданного для врага направления и смогли вернуть под контроль населенный пункт без каких-либо потерь или раненых.

В эксклюзивном интервью OBOZ.UA командир 1-го механизированного батальона в составе 66-й отдельной механизированной бригады имени князя Мстислава Храброго, принимавший участие в операции "Вивальди" совместно с Третьим армейским корпусом, с позывным "Бекон", рассказал о деталях уникальной спецоперации.

– Можно ли назвать "Вивальди" спецоперацией? Или, скорее, речь идет об операции тактического уровня по освобождению оккупированных территорий? Как бы вы квалифицировали эту операцию?

– На сегодняшний день я считаю это спецоперацией, ведь было задействовано очень много подразделений, также велось планирование на корпусном уровне, плюс нужно учитывать масштаб выполнения работ. Поэтому это не просто операция тактического уровня, которая происходит не только на нашем участке, но и на соседнем.

– Как вы оцениваете значение того, что удалось сделать в ходе операции "Вивальди"? Можно ли утверждать, что намерения врага окружить "пояс крепостей" помножен на ноль?

– Я считаю, что не совсем корректно утверждать, что планы и замыслы противника помножены на ноль. Они будут помножены на ноль, когда мы полностью восстановим контроль, деоккупируем всю территорию нашей страны и нанесем врагу сокрушительные потери, чтобы он снова не начал какую-то "специальную военную операцию" на территории Украины.

Поэтому, пожалуй, лучше сказать, что мы работаем над тем, чтобы создать противнику как можно больше трудностей и сформировать такие условия, при которых его замысел, его планы никогда не воплотятся в жизнь. В то же время они постоянно будут пытаться придумать что-то новое, ведь как с точки зрения военной составляющей, так и политической им крайне необходимо полностью завладеть территориями Луганской и Донецкой областей.

Итак, ждем каких-то новых планов врага, новых замыслов, которые мы также будем пытаться пресечь. Благодаря корпусному планированию, благодаря планированию бригадного генерала Андрея Билецкого, я уверен, нам удастся сделать так, чтобы у врага не было возможности продвигаться в этом направлении.

– Вы сказали, что Силам обороны нужно создавать для противника максимальные трудности. По вашему мнению, что является самой большой трудностью для врага на сегодняшний день?

– Если говорить в целом, то самой большой сложностью для врага в военном плане будет навязывание ему нашего боя. Когда противник будет приспосабливаться к тем условиям, которые мы ему создаем, к тем условиям, которые контролируются нами, а не тогда, когда нам приходится подстраиваться под действия противника. Мы навязываем ему свой бой, свои условия, а он соответственно реагирует. Когда это происходит достаточно быстро, он ошибается, совершает неверные шаги, которые приводят к нашему успеху, а со стороны противника – к потерям и невозможности выполнить те или иные задачи. Поэтому, пожалуй, это самое главное, что нужно делать.

– Вы вошли в Среднее со стороны, которая считалась непроходимой. Как это стало возможным? Какая технология была задействована?

– Прежде всего, мы вели работу на направлениях, на участках, которые действительно были более сложными с точки зрения прохождения техники и пехоты, но применение наземных роботизированных комплексов, а также определенных технологических разработок и усовершенствование технических характеристик бронированной техники позволили нам повысить ее вездеходность. Таким образом, проделанная работа по планированию позволила нам преодолеть эти участки. Но раскрывать полностью детали того, как это стало возможным, какие технические изменения были проведены, мы не будем.

– После Среднего вы зачищали лесные массивы к северу от поселка. Какова ситуация там сейчас и пытается ли противник вернуть утраченные позиции?

– Да, на некоторых участках противник еще не осознал свое положение, поэтому некоторые участки он все еще считает находящимися под его контролем. На таких участках с нашей стороны действуют засады, а некоторые участки постоянно находятся под давлением как воздушных сил противника, так и пехоты.

Ему сейчас крайне необходимо восстановить положение на господствующих высотах, поэтому давление со стороны противника присутствует. Но благодаря слаженной деятельности всех подразделений Третьего армейского корпуса, благодаря тому, что эта операция спланирована не только на текущий день, но и на последующие этапы, все знают, как действовать. К тому же на участках, где мы ведем наступление, мы активно применяем наземные роботизированные комплексы, средства РЭБ, что позволяет нам продвигаться на некоторых участках совершенно незаметно для противника, чтобы либо брать его в окружение, либо подходить на критически близкие дистанции, где уже дорабатывает пехота.

Эта комплексная работа сбивает противника с толку, он не понимает, где, откуда, с какого направления происходит наше продвижение. Опять же, речь идет не о продвижении одним подразделением, а о слаженной работе. Поэтому даже если на определенном участке противник оказывает очень сильное сопротивление, с другой стороны заходят другие группы, которые окружают, продавливают и уничтожают его, позволяя продвигаться другим группам и действовать по плану.

– Вы сказали, что были задействованы НРК, средства РЭБ. А как насчет дроновой составляющей? Какую роль она играла в операции "Вивальди"?

– В операции "Вивальди" дронная составляющая – это также очень мощная составляющая. Дроны применяются для разведки, для поражения, в частности, наземных целей противника в тыловых районах сосредоточения, логистических путей, а также в качестве дронов-перехватчиков. На всех участках, и в воздухе, и на суше, дроны наносят удары по противнику.

Этот комплекс действий не дает противнику возможности перехватить инициативу ни на каком уровне – будь то в воздухе или на земле. Дроны сейчас – наше самое мощное оружие. Благодаря работе дронов, как воздушных, так и наземных, мы очень жестко и мощно влияем на ход событий. Учитывая, что любые наступательные действия связаны еще и с логистическими аспектами, наземные роботизированные комплексы применяются как для логистических миссий обеспечения, так и для эвакуации, и для подвоза боекомплектов, провизии и т. д.

– Взятие и зачистка населенного пункта без единого раненого или погибшего – большая редкость для штурмовых действий. Военная наука гласит, что наступающая сторона несет большие потери, чем обороняющаяся. Как вам удалось освободить Среднее без потерь?

– Здесь нужно кое-что уточнить. Сейчас мы говорим об отсутствии погибших на финальной стадии, во время деоккупации самого населенного пункта и проведения действий, которые привели к потере противником контроля над этим населенным пунктом и к полному возвращению его под наш контроль. Но освобождение любых населенных пунктов начинается с действий вокруг них. Поэтому здесь была обширная предыстория.

Когда мы пытались захватить доминирующие высоты вокруг населенного пункта и овладеть маршрутами передвижения, чтобы сделать невозможным нахождение противника на тех участках, где он мог свободно наблюдать за подступами к населенному пункту, велись очень жестокие, тяжелые бои. Противник совершенно не имел желания терять эти позиции.

Зато операция в самом населенном пункте – это действительно операция, которая прошла без потерь с нашей стороны. Противник не смог быстро отреагировать, он не ожидал нас, и благодаря очень грамотному планированию операции, благодаря работе всех подразделений Третьего корпуса нам удалось нанести сокрушительные удары по артиллерии противника, по точкам взлета противника, по противотанковым средствам, которые были установлены на этом участке, и оказать настолько плотное подавление огнем, что противник примерно час не мог понять, что происходит. А когда он уже понял, мы уже находились непосредственно в населенном пункте, и почти половина его была под нашим контролем. А дальше это уже было делом техники – чтобы дальше развивать наш успех. Противник не смог оправиться.

– Что было самым сложным во время операции?

– На самом деле все этапы очень сложны и важны. Если брать с самого верха, то это сложность планирования операции такого уровня. Это многослойная работа, очень кропотливая, и все люди, которые были к этому причастны, проделали огромную работу. Работа, спланированная бригадным генералом Андреем Билецким, была просто титанической.

Далее, если говорить о нашем участке, где работали мы, исключительно мое подразделение, то самыми сложными участками были опорные пункты вокруг Среднего, ведь это было ключом к дальнейшему успеху. Противник это понимал и поэтому оказывал здесь самое ожесточенное, самое жестокое огневое сопротивление, чтобы восстановить свои позиции вокруг этого населенного пункта.

Затем мы уже двигались довольно быстро, и уже когда прорвали первую линию обороны, противник несколько утратил активность и начал подстраиваться под действия, которые мы ему навязывали. На некоторых участках он не успевал, где-то происходила дискоммуникация, а мы добивались успеха. Это, пожалуй, был самый сложный участок.

– В ходе операции "Вивальди" были зачищены "серые зоны" – территории, куда враг смог инфильтрироваться. Именно инфильтрация остается самым "популярным" у врага способом захвата территорий. Почему с ней трудно бороться? В чем секрет вашего подразделения, которому удалось провести зачистку? Могут ли ваш опыт использовать и другие подразделения ВСУ?

– Действительно, инфильтрация противника создает очень большие сложности. В первую очередь, противник пытается проникнуть на те участки, где проходят логистические пути, передвигаются как техника, так и пехота. Если говорить об определенных ноу-хау с нашей стороны, то их, пожалуй, нет. В первую очередь, мы провели зачистку тех участков, которые нам были крайне необходимы для того, чтобы перемещать наши живые силы, для того, чтобы передвигаться на технике.

Когда маршруты нашего продвижения и логистические пути были полностью зачищены, мы приступили к зачистке прилегающих территорий вокруг нашего района обороны. По-видимому, именно то, что мы начали зачистку от инфильтрации с более целесообразных и необходимых для нас участков, а уже затем развивали свой успех, сыграло очень большую роль.

Кроме того, мы должны понимать, что инфильтрация сопряжена со сложностями и для самого противника. Ведь это позиции, действующие в отрыве, логистика туда осуществляется исключительно с помощью дронов, либо они обеспечивают себя тем, что находят во время своего передвижения. Поэтому, работая над подступами, работая над тем, чтобы перерезать логистику врага, мы делали невозможным его дальнейшее продвижение, обеспечение боекомплекта, провианта и т. д. Из-за этого в определенный момент на определенных позициях враг был голоден и деморализован.

Поэтому, действуя в двух направлениях – зачистка самих территорий и нанесение поражения, а также предотвращение логистических подступов противника к своим позициям, – мы добились такого результата. Использовать что-то одно невозможно, это не даст никакого эффекта. Только сочетание всех методов привело к успеху.

– Операция "Вивальди", судя по названию, предусматривает несколько этапов или "сезонов" (если вспомнить самое известное произведение Вивальди "Времена года"). На каком этапе находится операция "Вивальди" сейчас? Действительно ли будет продолжение?

– Спасибо за вопрос, но я, пожалуй, оставлю его без конкретного ответа. Операция "Вивальди" была спланирована командиром корпуса. Я думаю, будет лучше, если он сам будет раскрывать информацию о дальнейших действиях, касающихся нашего продвижения и любой работы. Единственное, что могу сказать – следите за эфирами, следите за ходом событий, продолжение следует.

– Что необходимо вашему подразделению и Третьему АК в целом, чтобы эффективно выполнять задачи по деоккупации территории Украины? Каков, по вашему мнению, главный вопрос, который должен быть решен, чтобы Силы обороны смогли мощно освобождать территории Украины?

– Понимаете, невозможно дать какой-то однозначный четкий ответ на этот вопрос. Почему? Потому что так же, как мы следим за средствами массовой информации противника, так и они следят за нами. Если мы говорим о том, что нам чего-то не хватает, то тем самым сообщаем противнику о наших слабых сторонах.

Можно сказать, что нам постоянно чего-то будет не хватать, потому что мы хотим как можно быстрее выполнить свою задачу по деоккупации всей территории Украины. Сейчас, как и всегда, всем Вооруженным силам требуется всестороннее обеспечение.

На данный момент у нас уже есть большой опыт, у нас есть желание и способность выполнять военные задачи по деоккупации наших территорий, по возвращению наших территорий. И чем больше у нас будет обеспечения, тем быстрее мы сможем это сделать.

Мы можем сейчас на каком-то небольшом участке реализовать наши планы и замыслы, а с пополнением личным составом, с пополнением средствами масштабировать это и сделать это еще быстрее. Чем больше у нас будет личного состава, чем больше у нас будет средств, чем больше у нас будет оружия, тем быстрее будет выполнена наша работа. Но она будет выполнена в любом случае.