Силы обороны Украины успешно наращивают удары по логистике врага: какой плацдарм РОВ наиболее уязвим и чего ожидать

В зоне боевых действий Силы обороны Украины расширяют логистический локдаун, направленный на нарушение нормального обеспечения войск российских оккупантов. Но насколько этот процесс можем быть масштабирован и к чему в результате привести? В этих моментах, а не просто в констатации происходящего, мы и постараемся сегодня разобраться.

Прежде всего хочу обратить внимание на то, что при любой общевойсковой наступательной либо оборонительной операции решающую роль играют связь и логистика. Теряя их войска со временем утрачивают как наступательные, так и оборонительные возможности. Но это не происходит быстро, а является результатом последовательного процесса, занимающего в зависимости от ряда факторов определенное время.

Сейчас очень часто принято сравнивать перерезание логистики РОВ на временно оккупированном юге Украины с аналогичным отрезанием правобережной Херсонской области от левого берега посредством ударов по Антоновским мостам (железнодорожному и автомобильному). Это довольно упрощенное сравнение и с левобережным югом Украины все обстоит значительно сложнее. Но в целом, для понимания происходящих процессов, херсонская история освобождения 2022 года вполне наглядна.

Первые удары по Антоновским мостам были нанесены в июле 2022 года, а в ноябре противник полностью покинул правый берег. То есть, на возникновение кризиса с обеспечением войск из-за нарушения логистики ушло более трех месяцев. При этом противник был разделен Днепром и буквально вжат в русло реки сорокакилометровой зоной от линии боестолкновения и до берега, не имея полноценного маневра.

Глубина зоны маневра у РОВ на юге составляет от 80 до 150 км, а количество логистических артерий превышает два Антоновских моста, которые в какой-то момент получили разрушения, не позволявшие их уже полноценно использовать. На юге же мы говорим о сухопутной логистике, которую украинским дронам необходимо, скажем так, круглосуточно патрулировать.

Как видим, только по ряду поверхностных факторов ситуации кардинально отличаются, но все же есть неизменно общее – нарастающий кризис с обеспечением войск. Особенно, когда перед теми стоит задача по проведению наступления.

Но разберемся во всем по порядку.

Начало

Началом логистического локдауна можно считать опубликованное 16 апреля видео 1-го Армейского корпуса НГУ "Азов", на котором украинские дроны летали над временно оккупированным Донецком – в 65 км от ЛБС. Это было одновременно как первое верифицированное видео начала локдауна, так и намек на то, что с учетом тех же дронов типа Hornet с дальностью полета до 200 км это не предел возможностей таких средств поражения.

И вот уже 25 мая пилоты 1 АК НГУ "Азов" публикуют видео, на котором отмечены полеты вдоль трассы М14, Мариуполь-Бердянск, глубиной от линии боестолкновения более 80 км.

Так же примечательным в контексте наращивания логистического локдауна является и показатель ежемесячных потерь противника в категории автомобильного транспорта с начала 2026 года:

январь – 4 021 единиц;

февраль – 4 071;

март – 6 068;

апрель – 6 431;

май – 8 612.

Разница в приросте между периодом январь-февраль и март-апрель составила более двух тысяч. Можно было это отнести к старту российской весенней наступательной кампании, но резкий скачок в +50% явно указывал на начало именно работы украинских пилотов по более глубокой логистике противника, нежели малое небо ближней тыловой зоны.

В мае был установлен абсолютный рекорд по потерям автомобильного транспорта у противника, который в два раза превысил показатели января и февраля, а в сравнении с мартом и апрелем прирост составил чуть более 50%.

В среднем же, если в январе-феврале РОВ теряли 130-150 единиц автотранспорта в сутки, то в марте и апреле это были потери в пределах 200-220, а мае – 280-300 соответственно.

Кроме того, в мае был установлен абсолютный рекорд суточных потерь противника в автомобильном транспорте – 524 единиц, что выше даже некоторых месячных результатов потерь 2022 и 2023 годов.

По состоянию на первую треть июня РОВ потеряли уже более 3 500 единиц автотехники, что явно говорит об очередном рекорде и приросте потерь противника к концу месяца в пределах +50%.

Из всего вышеизложенного можно сделать вывод, что логистический локдаун стартовал в марте 2026 года, а его ежемесячное масштабирование в среднем составляет +50% – при отсутствии адаптивности противника.

И то, что РОВ вот уже как три месяца не могут адаптироваться к возникшим проблемам, целиком и полностью как играет на руку Силам обороны Украины, так и будет усугублять положение оккупантов на материковом и полуостровном юге Украины.

Последствия

Украинские войска начали резать логистику противнику в марте не просто так. Этот месяц был выбран на фоне старта весенней наступательной кампании РОВ, что от оккупантов требовало интенсификации обеспечения передовых подразделений. В относительно флегматичный зимний период больше проходило накопление ресурсов и формирование резервов, нежели катализировались наступательные процессы.

То есть, резать логистику СОУ начали максимально своевременно и точечно, поскольку юг, по сравнению с востоком, более уязвимый из-за отсутствия глубокого маневра, ограниченного Черным и Азовским морями. Необходимость противника именно в это время наступать вынуждало поставлять больше ресурсов, часть из которых просто не доезжала до передовой. Как следствие, возникло их перерасходование, что в свою очередь стало создавать дефицит в определенных категориях боекомплекта и в целом материально-технического обеспечения.

Летний же период будет обусловлен ростом востребованности еще одной, очень важной категории ресурса – воды. Ее поставки на передовую будут играть не меньшую, а порою и куда более важную роль, нежели поставка БК и топлива.

Реальный эффект от умерщвления российской логистики на юге мы будем видеть на протяжении летнего периода, когда необходимость наращивания грузопотока возрастет, а из-за отсутствия адаптивности РОВ осуществить это безопасно и эффективно будет просто невозможно.

Как бы это странно ни звучало, но наиболее уязвимым в этой ситуации оказывается Херсонский плацдарм оккупантов, у которого ограниченная логистика на огромной территории. Фактически левобережная Херсонщина упирается своей логистикой в Черное море, в полуостров Крым, который сейчас поступательно изолируется от материка, а также по восточной административной границы в Запорожье, с интенсивно обрезаемыми поставками с востока на запад.

Грубо говоря, если мы учитываем основную массу российской группы войск "Днепр", сосредоточенную на левом берегу Днепра, кулаком которой является 19-я и 49-я общевойсковые армии, а также 40-й армейский корпус, то при нейтрализации узла в районе Армянска расстояние для обеспечения этих войск будет составлять более 400 км по крайне экстремальному маршруту М14.

В то время, как у юго-западной части Запорожской области есть условный маневр на восток, через Донецкую область, у оккупантов в Херсонской области его практически нет.

Таким образом, если последовательно и рационально оценивать перспективу логистического локадауна, то в карточном домике оккупантов первым должен будет обрушиться западный флигель здания – Херсонская область, а далее может быть инерциальный эффект.

Выводы

Силы обороны Украины развернули настолько же неожиданную для РОВ операцию по нейтрализации среднетыловой логистики, насколько и амбициозную. На сегодняшний день противник не нашел действенных методов для выхода из складывающегося кризиса. Но не стоит торопить события и делать поспешные выводы. Временно оккупированный юг Украины – это не правобережная Херсонщина, и здесь действуют совершенно другие правила, а также методы воздействия на оккупантов.

Три месяца СОУ наращивали давление на логистику РОВ и мы уже видим крайне негативный эффект для них, нНо, как помните, за три с лишним месяца Херсон уже был освобожден. Для катализации негативных процессов и выхода на пиковые показатели должно пройти еще время, в течение которого будет исчерпан как наступательный ресурс оккупантов, так и их оборонные возможности.

По самым оптимистичным прогнозам, эти процессы мы сможем наблюдать уже этим летом, по наиболее острожным – осенью. Но когда бы это не произошло, итог у этого сценария один и это – исход.

Материал опубликован в рамках совместного проекта OBOZ.UA и группы "Информационное сопротивление".