Военный эксперт Мельник: Путин готовит эскалацию, "референдумы" ставят вопрос о ядерном оружии. Интервью

4 минуты
58,6 т.
Военный эксперт Мельник: Путин готовит эскалацию, 'референдумы' ставят вопрос о ядерном оружии. Интервью

Мобилизация, объявленная в России, была шагом отчаяния для Кремля, выбор решений у которого становится все меньше. Увеличение "живой силы" армии оккупанта наверняка приведет к эскалации на фронте, но не позволит агрессору изменить сложившийся стратегический баланс.

Видео дня

Псевдореферендумы на оккупированных украинских территориях и дальнейшее "присоединение" к РФ украинских земель, по задумке Кремля, должно дать основания агрессору на их "защиту" от "агрессора" – Украины, в частности, посредством превентивного ядерного удара. Эти угрозы следует учитывать, но США уже передают кремлевскому диктатору Владимиру Путину закрытые сигналы о последствиях подобных действий.

Такое мнение в эксклюзивном интервью OBOZREVATEL высказал содиректор программ внешней политики, координатор международных проектов Центра Разумкова, военный эксперт Алексей Мельник.

– Главарь "ДНР" Пушилин заявил, что после проведения так называемых референдумов на занятых территориях оккупанты перейдут в новую фазу боевых действий. По вашим оценкам, могут ли быть существенные сдвиги в тактике и стратегии врага после "референдумов"?

– Ответ – да. Но на уровне риторики. Мы вынуждены оценивать заявления Пушилина и подобных ему, поскольку иногда они уполномочены передавать какие-то месседжи Кремля.

Если говорить о практической стороне дела, то проведение псевдореферендумов, ожидание последующих действий России по "присоединению" этих территорий к РФ преследуют две цели. Первая и самая главная – это сигнал для внутренней публики. К этой публике можно отнести и оставшееся население на оккупированных территориях ОРДЛО.

Вторая цель – это попытка убедить, прежде всего, западных партнеров Украины, что подобные решения каким-то образом должны изменить их отношение к происходящему. Вроде бы это становится территорией России, и тогда Россия имеет право объявлять Украину агрессором, а их агрессия с этого момента должна рассматриваться как оборона.

Но в это не верят даже члены СНГ, ОДКБ – даже те, на кого Россия теоретически могла бы положиться. Они тоже этого не признают.

Поэтому, учитывая все это, эти "референдумы" не принесут никакого преимущества России, не предоставят никакой легитимизации тем действиям, которые Россия совершает. Соответственно, наиболее критический вопрос, который сейчас стоит – воспользуется ли Россия присвоенным себе правом на превентивное применение ядерного оружия. Это вопрос, который сейчас, пожалуй, больше всего беспокоит. Именно в этом Россия может видеть инструмент изменения ситуации.

– Относительно ядерной угрозы мы видели последнее заявление экс-канцлера Германии госпожи Меркель. Она призвала европейских лидеров все же учитывать риски применения такого оружия. А какой процент вероятности использования Кремлем этого последнего аргумента даете вы?

– Я не даю подобных прогнозов. В данном случае я разделяю позицию Ангелы Меркель, что действительно с этими угрозами нужно считаться. Нельзя игнорировать и считать, если мы предупредили россиян, они не пойдут на это.

Это нужно учитывать, особенно учитывая перечень стратегических просчетов, которые российское руководство и Путин лично допустили в течение, как минимум, последних семи месяцев. Допустив такое количество просчетов, нельзя надеяться, что в следующий раз Путин будет действовать более рационально. И в этом самый большой риск. Никто не может заглянуть в голову Путину, никто не может понять, что для него самое главное в этом расчете потерь и достижений, как далеко он может уйти.

Но исходя из целей, которые может ставить перед собой Россия – это военные или военно-политические демонстрации – ни одной из них она не достигнет. По открытым и закрытым каналам коммуникации России передаются эти сигналы. Мы знаем, что говорится открыто и мы можем догадаться, какого рода месседжи передаются по закрытым каналам. В первую очередь, от американцев.

– Вы могли бы прокомментировать прогноз, озвученный генералом США в отставке Беном Ходжесом. Он сказал, что уже до конца текущего года Украина сможет выйти на позиции 23 февраля, а к середине следующего года сможет освободить Крым.

– Я очень внимательно прислушиваюсь к тому, что говорит генерал Бен Ходжес и ряд других американских бывших высокопоставленных должностных лиц или военных, потому что действующие, как правило, делают достаточно осторожные заявления. Хотелось бы напомнить, что Бен Ходжес был командующим силами НАТО в Европе. Это военачальник, способный охватить всю картину происходящего.

Поэтому его заявления я не называл бы прогнозами, а скорее расчетами. Очевидно, что они основываются на достаточно серьезных данных. Но если того же Бена Ходжеса начать расспрашивать о деталях, то я уверен, что он обязательно сделает определенные оговорки относительно высокой степени неопределенности, существующей в любой войне.

Наверное, у него есть достаточно серьезные основания, чтобы делать такие расчеты, но следует понимать, что характерный признак войны – большая степень непредсказуемости. Все может произойти так, как он сказал, но может и раньше. Все может измениться настолько, что Украина будет вынуждена идти на тяжелые компромиссы.

– Аналитики Bloomberg, напротив, озвучили пессимистический для нас прогноз. О том, что Кремль может перехватить инициативу в войне, продвинуться дальше и захватить Харьков и Одессу. Как вы рассматриваете именно такое развитие событий, в частности, учитывая мобилизацию в РФ?

– Мой ответ состоит из двух частей. Насколько можно вообще доверять подобным прогнозам? Учитывая огромное количество факторов, влияющих на степень неопределенности, всегда нужно быть осторожным, прежде чем хвататься за прогноз, который тебе нравится, или паниковать относительно прогноза, который тебе не нравится. Здесь могут быть большие отклонения, особенно когда речь идет о столь сложных процессах.

Мобилизация в России, которая называется частичной, это, скорее, не продуманный шаг, а шаг отчаяния и признак господствующей в кремлевских башнях паники. Потому что еще неделю до этого они сами себя убеждали в том, что такое решение будет контрпродуктивным. Но они пошли на него, и это значит, что выбор решений в России очень ограничен.

Следствием такого решения однозначно может быть эскалация конфликта, потому что в любом случае это живая сила, которая будет бросаться. Но именно это решение не позволит России изменить сложившийся сегодня на линии фронта стратегический баланс.

Подводя итог, можно сказать, что от мобилизации для России будет больше вреда, чем пользы.