Блог | На приграничных территориях все иначе: если не будем говорить о защите, то смерть будет продвигаться дальше, к Банковой, к европейским столицам
Будьте первыми в курсе главного – подпишитесь на Новини на OBOZ.UA в Google
Самым страшным фильмом на россии называют "Груз 200" Балабанова. Там российский маньяк в погонах держит заложницу рядом с трупом её жениха несколько дней подряд. На россии не любят этот фильм, говорят, что это клевета, руzzzкий мир не такой.
Несколько дней назад, Харьковская область, просёлочная дорога в Золочевской громаде; руzzzкий маньяк на FPV умышленно врезается в гражданскую машину, в которой супруги почтенного возраста возвращаются домой. Женщина погибла, мужчина с переломанными ногами рядом с трупом любимой проводит несколько дней в машине. Летом, без связи, с небольшими шансами быть найденным, с большим риском быть снова сбитым, ведь маньяк через FPV-дрон может его видеть. Случайно поврежденную машину нашли, женщину похоронили, мужчину спасли…
Мне совершенно нас*ть на творчество Балабанова, как и на видеоролики москвичей и приезжих в Крым, которые рыдают из-за отсутствия бензина и постоянных тревог, которые де-факто ничем не угрожают.
Более того, они меня достали. Потому что несколько дней подряд в харьковской ленте новостей только прилеты и погибшие мирные жители, к концу рабочего дня я уже не помню, сколько было попаданий за сегодня.
И это не где-то там, это за окном, на улице, по которой мы каждый день ходим, на дорогах, по которым постоянно ездим.
В Харьковской области и в Харькове "прилеты" каждые несколько часов, что-то летит каждые десять-пятнадцать минут, тревога звучит почти постоянно. Пока в московской области боров не попадает в пивной бар на Решалово, мукла из-за отсутствия бензина не может доехать до салона красоты и, соплями и слёзами в кружке, собирает лайки в Telegram, в Харькове КАБ в центре города убивает молодую девушку-врача, которая шесть лет потратила на учебу и шла на торжественную церемонию вручения диплома. Праздничная мантия выпадает из сумочки и остается рядом с телом.
В это время осколки врезаются в стекло городского трамвая в Харькове, а в Запорожье люди сгорают заживо в маршрутке из-за прямого попадания.
В это время ракеты попадают в Днепре в предприятие, а в Харьковской области – в берег тихой реки, где отдыхали люди. Теперь они фигурируют в сводке как погибшие и раненые.
В это время горят машины, везущие продукты по трассе Харьков-Сумы, горят поля с хлебом, горят АЗС, иногда вместе с людьми, вплоть до недавнего времени в совершенно "тыловых" общинах – Валках и Берестине, горит Сумская область.
В это время гибнет 25-летний парень-полицейский, который эвакуировал людей из громады, которая недавно ещё была вполне пригодной для жизни, а тысячи людей без изменения линии фронта вынуждены покидать жилье и уезжать в никуда.
Всё это происходит не в течение месяца, а за время, пока какая-то московская п*zda соплями собирает лайки. И уже никто не пишет песен о крепости Константиновке, Краматорске или Славянске, Золочеве, Богодухове, Сумах… список можно продолжать.
В 2022 году враг оккупировал около трети Харьковской области, это чуть больше 11 тысяч кв. км. Сейчас в совокупности зона оккупации, зона обязательной эвакуации и зона боевых действий (то есть там, где вас в любой момент могут убить ракетой или дроном) превышает 12 тысяч кв. м.
В других приграничных территориях ситуация не лучше. Донбасс – это вообще мертвая земля посреди Европы.
Но чуть дальше, кажется, все уже празднуют победу, обсуждают смерть путина, доходы от продаж украинского оружия и украинского военного опыта. Не об этом нужно говорить в Европе, не об оружии, не о бензине, а о смертях и господстве врага в небе над населёнными пунктами, о защите, иначе смерть будет продвигаться дальше, к Банковой, к европейским столицам.
