Свитан: ВСУ захватят Купянск и закроют крышку изюмского котла. Интервью

7 минут
35,0 т.
Роман Свитан

Контрнаступление ВСУ в Харьковской области стремительно развивается – наши войска подошли к Купянску, в городе есть отряды нашей разведки. Вскоре будет он будет захвачен, а изюмская группировка врага окажется в котле.

Видео дня

Об этом в интервью OBOZREVATEL рассказал подполковник запаса ВСУ Роман Свитан. По его словам, освободить Харьковскую область реально до конца осени, кроме того, есть и ряд других перспективных направлений, на которых ВСУ могут перейти в наступление.

– Вооруженные силы Украины ведут успешное контрнаступление и продвинулись на 50 км за три дня под Изюмом и Купянском. Как бы вы оценили эту тактику ВСУ?

– В результате успешно проведенной информационно-психологической операции российские войска были вынуждены перебросить из-под Изюма несколько тысяч бойцов воздушно-десантных сил в сторону Херсона. Изюмскую группировку ослабили, ослабили в раза полтора-два, потому можно говорить, что эта операция стала возможной благодаря подготовке наших войск для выполнения контрнаступательных и наступательных действий севернее Балаклеи в сторону Купянска.

Действия, которые были проведены украинскими войсками, прошли в несколько этапов и заняли несколько дней: артподготовка, авиаудары, работа бронегрупп – это привело к каскадному обрушению фронта севернее Балаклеи. Наши пробили несколько линий обороны и вышли на оперативный простор в сторону Купянска. Движение в сторону Купянска наших войск проходит по плану, идет уничтожение российских войск и, как следствие, освобождение нашей территории, наших городов.

– В украинском Институте ведения войны говорят, что наши войска могут взять Купянск за трое суток. Насколько это вероятно и что это нам даст?

– К Купянску подошли, и в Купянске уже точно есть наша разведка, это наши передовые отряды военно-войсковой разведки, которые занимаются корректировкой огня и выведением наших войск на определенные позиции. Можно говорить, что Купянск действительно в ближайшее время окажется под контролем украинских войск.

Из-за соотношения сил в нашу пользу россияне из-под Купянска вынуждены были ретироваться в три стороны: на юг ушли в сторону Рубежного, на север на Волчанск и обратно в Россию. Купянск сам по себе – это большой узловой пункт, железнодорожный хаб, в котором сходятся две ветки, которые идут из России и использовались для подвоза боеприпасов и техники для группировки из Белгорода. Дальше они на площадке разгружались, переправлялись через реку Оскол и шли на Изюм. После того, как украинские войска вышли на Купянск, он уже под огневым контролем, разведка наша в самом городе.

Можно говорить о том, что закрылась крышка этого изюмского котла, который украинские войска выполнили броском из-под Балаклеи на Купянск. А нижние две стороны этого треугольного котла с вершиной вниз – это с левой стороны речка Северский Донец, большая водная преграда, а с правой – это Оскольское водохранилище. И вся эта изюмская группировка в этом котле сейчас будет вариться. Количества украинских войск достаточно для того, чтобы не выпустить эту группировку и не дать ей уйти из-под Изюма, она будет просто в ближайшее время уничтожена.

– Насколько быстро россияне могут перебросить свою технику с донецкого и луганского направлений на харьковское? Есть ли у них резервы?

– Перебросить технику с донецкого направления в сторону Изюма практически невозможно, так как мешает это Оскольское водохранилище. Его ширины от полутора до 4 км. Оскол речка маленькая, но водохранилище довольно большое. Это успокоение для их войск, которым надо показать, что мы что-то сделаем, вы там держитесь. Как всегда денег нет, но вы держитесь, техники нет, но вы держитесь, людей нет, но вы держитесь. Они так будут там держаться, пока не прилетит наша арта, HIMARS, отработает авиация, "Байрактары", – и вот они там и останутся. Поэтому это чисто психологический момент поддержки.

– А резервы у них вообще есть?

– Резервы есть, это 3-й корпус, который они сейчас разорвали. Они не знают, как и куда, в какое место его перебрасывать: часть нужна и на Харьковском направлении, часть нужна на Херсонском направлении, Мелитополь также требует этих резервов. Поэтому одна из наших задач – чтобы не было единого броневого кулака, и этот корпус сейчас рассеется на тысячекилометровой ширине фронта, и мы его просто не увидим. А в изюмский котел он не зайдет, так как единственная ветка, по какой можно было в него зайти, это Купянск, а Купянск мы забрали.

– А как относительно освобождения самого Изюма?

– Изюм – это центр этой группировки, естественно, эта группировка будет держаться. Я думаю, она будет постепенно отходить на юг в сторону Оскольского водохранилища и в принципе такое выдавливание с севера, северо-запада позволит нам освободить и Изюм в том числе. В какой последовательности и с какими силами и за какое время, это уже будет решать Генштаб.

– Что это нам даст?

– Как минимум, мы уничтожим 10-15-тысячную группировку, мы выйдем с севера и подойдем к Славянску, мы откроем Славянск с севера, то есть вот эти все моменты, что в окружении находились Славянск и Краматорск, мы снимем и дальше можем работать по левому берегу Северского Донца, и это очень важно. Левый берег Северского Донца – это Рубежное, это Северодонецк, то есть мы будем дальше выходить на Сватово с двух сторон – с юга и со стороны Изюма, и это освобождение Луганской области, причем не с правого берега, там, где у нас Лисичанск и Северск, а с левого берега Северского Донца, там, где Северодонецк и Рубежное.

– Как вы думаете, почему российская оборона на Харьковщине так стремительно рассыпалась?

– Дело в том, что ее там толком и не было. Они растянули то количество войск, допустим, 100 тысяч человек, которые есть в оперативном управлении россиян на территории Украины, на 1300 км фронта, а удерживать это по всем местам практически нереально. Потому были места, где был реальный рыхлый фронт. Это юг между Донецком и Запорожьем, южный фронт действительно рыхлый, там очень большое расстояние. Это была изюмская группировка, так как она рассечена складками местности. Это территория лесистая, водянистая, много ручейков, много оврагов. Им, чтобы выстроить там реальную линию обороны, войск не хватило, а не то, чтобы наступать. Поэтому этот фронт он изначально был рыхлый, а тем более мы его еще уменьшили, и он просто посыпался.

– Ваши коллеги говорят, что освободить Харьковскую область реально до конца осени. Какое ваше мнение?

– Действительно реально. За полтора-два месяца можно отодвинуть фронт до российской границы, но это не освободит наши города, особенно Харьков, от артиллерийских обстрелов. Дело в том, что дальнее российское РСЗО может поливать Харьков из Белгорода. Потому здесь надо принимать военно-политическое решение: либо начинать работать по российской территории и выжигать эти РСЗО, которые работают по Харькову, либо вопрос решать со странами НАТО. Это надо включать уже политические моменты.

Сейчас они кстати очень благоприятные. Сейчас все поддерживают вступление Украины в НАТО, даже в том виде, в котором мы сейчас есть. НАТОвский зонтик может прикрыть наши города и нашу территорию от российских ракет, так как россияне как огня боятся НАТО. Они боятся в ту сторону даже косо посмотреть. Второй вариант – это просить наших партнеров передать нам дальнобойные ракетные снаряды либо ракеты уровня "Томагавка", которые летят на 2-2,5 тыс. км и разнесут на молекулы "УралВагонЗавод" и все, что достанут.

– А тем временем в Кремле отказались комментировать контрнаступление ВСУ. Почему?

– Они не знают, как это подать. Они сейчас смотрят на развитие ситуации, пробуют ее как-то купировать. Допустим, они сейчас могут в каком-то другом месте фронта начать наступление, может быть, это будет в сторону Бахмута со стороны Донецка, чтобы как-то перекрыть медийно вот эти потери изюмского плацдарма и попадания в изюмский котел. Самое оптимальное для россиян – это развитие наступления в районе Бахмута, больше практически ни в какой точке они этого сделать не могут.

– В последние дни много видео с российскими пленными, двадцатилетними парнями. Насколько мы пополнили наш обменный фонд?

– За последнее время очень много взято в плен. Сейчас, наверное, мы взяли где-то треть от того, что нам нужно для обмена наших пленных.

Вот эта операция и выход на Изюм, и изюмский котел дадут примерно такое же количество пленных, которое есть сейчас у них, и попробуем наших обменять. Главное управление разведки уже довольно успешно этим занимается.

Вот то, что молодые сдаются в плен, это не совсем они сдаются. Они начинают рассказывать сказки, что они там чего-то не знали. Все, кто подписывает контракт, все военнослужащие Российской Федерации, которые попали к нам на войну, на театр военных действий Украины на оккупированных территориях, они прекрасно знали, куда идут, зачем идут и прекрасно знают, что они за это получат: либо деньги, либо костыли, либо гроб. Они на это согласны, потому здесь жалеть их не надо, эти все люди должны быть взяты в плен и обменены либо уничтожены.

– Алексей Арестович говорит, что контрнаступление может начаться на еще одном направлении.

– Он прав, практически по всей линии фронта возможны вот такие обрушения фронтов, это может быть и развитие наступления на Берислав из-под Давыдова Брода, очень перспективное направление, очень перспективно сейчас там развивается плацдарм, наши войска его расширяют. И выход на Мелитополь также перспективный. Заход в Донецк – один из моментов, которые можно использовать как контрнаступление. Выход с Северска в сторону Лисичанска также перспективен. Там сейчас очень рыхлый фронт и нет усиления практически никакого. Контрнаступление в районе Бахмута возможно. Очень перспективное направление от Старого Салтова в сторону Волчанска, это под Харьковом.

То есть в принципе имеем целый веер направлений, перспективных, которые в любой момент могут развиться в наступление. Такое же успешное как сейчас в сторону Купянска.

Только проверенная информация у нас в Telegram-канале Obozrevatel и Viber. Не ведитесь на фейки!